Индустриалка - новости Запорожья

Жизнь, Запорожье, Фоторепортаж
Как в Запорожской области 60 лет назад сельские дети пасли коров и пекли в костре картошку
Поделиться

О том, как сельские дети пасли коров, рассказал Леонид Иванов — он там, в селе Великая Знаменка, родился и долгое время жил

Леонид Иванов

Двадцать лет назад Леонид переехал в райцентр — в Каменку-Днепровскую, но память о малой родине жива и не отпускает. И это, наверное, очень здорово. Мы все должны помнить свою эту малую, но такую большую для каждого Родину. Потому как там — наши корни и всё, из чего складывалась дальнейшая жизнь. Леонид Иванов назвал свой рассказ-воспоминание:

Память детства

—  Летняя южная ночь пролетела, как филин, преследуя свою добычу. Мать встала рано и уже гремит цибаркой (ведром), набирая воду для коровы Зорьки. Нужно успеть подоить, напоить, почистить корову, чтобы выглядела не хуже других. Сегодня наша очередь пасти череду (стадо) коров. Слышно, как поют, перекликаясь и соревнуясь, у кого голос звонче и голосистее, петухи. Послышалось щебетание ласточки, которая живет прямо на крыльце, солнце уже проснулось. Куры нехотя слетают с насеста, у которого их встречает петух. Селезень, с красивыми, переливающимися красками перьями своим простуженным голосом ведет уток на водопой. Утки, громко крякая, перегоняя друг друга и раскачиваясь из стороны в сторону, бегут следом. Зато гусям голосов не занимать, орут во всё свое горло, и вслед за гусаком важно идут на водопой, щипая всё зелёное, что попадается на пути.

http://iz.com.ua/zaporoje/v-zaporozhskoy-oblasti-kraeved-vedet-letopis-rodnogo-sela

Пора вставать. Ноги идут, а голова отдыхает. В уборной можно ещё покунять. Мать, набрав в сумку нехитрый скарб (немного хлеба, пару вареных яиц, сала и молока) уже меня подгоняет, потому что слышны громкие хлопки кнута главного пастуха Федора (по уличному Файя). Оплата за труд пастуху — десять рублей со двора в месяц. По тем временам большая сумма, так как в колхозе денег не платили, а выплачивали заработанное натуроплатой — пшеница, кукуруза, подсолнух, арбузы и все то, что выращивал колхоз. Привезут, высыпят посреди двора, вот хозяин и думай: как все это распределить до следующего урожая?

Клички (прозвища, которые давали человеку с юмором или в насмешку) к людям прилипали мгновенно. Легче этого человека было в селе найти по кличке, чем искать по настоящей фамилии. Убедился я в том сам, на примере своей бабушки. Все знали, и я в том числе, что она Королиха, а вот девичья фамилия оказалась не Королёва, а Миронова.

В сумку мать уложила мало продуктов. Не потому, что их не было или жалко, а потому, что нужно было перечисленные продукты сдавать государству. Никого это не волновало: есть в доме мясо, яйца или молоко? Иди, покупай, но чтобы перечисленные продукты были сданы государству вовремя. Самым перспективным, быстро растущим мясным продуктом, считались кролики. Кроликов выращивали прямо в глубоких, похожих на большой кувшин, ямах. Им не знали счёта. Но они всегда выручали, и план выполнялся, плюс ещё кроличьи шкурки сдавали за деньги.

А вот и череда подходит ко двору. Пастух, издавая резкие хлопки двухметровым, сплетенным из кожи косичкой, кнутом, умело управлял стадом коров. Наша Зорька привычно и быстро вышла со двора и смешалась с основным стадом. Прихватив сумку с харчами, побежал догонять стадо и я.

Череда шла сразу по улице Степной, а затем по Синюкову переулку, где череду ждал еще один помощник, Митя. Прозвище у него было Цыган. Небольшого роста паренек, с черными, как смоль, волосами, в солдатской майке не по росту, босиком и в коротких, ниже колен, штанах-шортах, сшитых из парусины. Его задача — повернуть стадо с улицы в проулок (вместо «переулок» у нас в селе говорят  — «проулок», это родственное произношение с украинским «провулок»)

Поднимаясь вверх по проулку на гору, где были выделены сельским советом угодья для выпаса скота, череда проходила мимо сада и виноградников моего родного деда по матери Ивана Прокопьевича Гребнева по прозвищу Квак, прозванного так за то, что был глуховатым и всегда переспрашивал: «Как?» У него это получалось забавно, как «квак». Ребята и прозвали его в честь птицы кваквы, жившей в то время в плавнях.

Леонид Иванов - память детства

Я попросил Леонида Иванова прислать мне несколько снимков «из детства» — желательно с чередой коров, которую он пас. Леонид снимки мне прислал и ответил: «Тогда фотоаппаратов практически не было, а когда у нас появилась возможность их приобрести, то уже Хрущев коров позабирал, а мы выросли», — происходило это в начале 60-х, а Хрущева, насколько я помню, «сняли» в 1964 году

Леонид Иванов - память детства

Вот и Чеканова гора, но млына («млыном» у нас называли «мельницу» — тоже влияние украинского языка, взаимопроникновение) уже нет, его держал зажиточный хозяин, как и мой дед Чеканов. При раскулачивании хозяина отправили на Соловки, а хозяйство растащили «добрые» люди. Череда добралась на отведенное место для пастбища, коровы принялись усердно пастись, а мы придумывать — чем заняться?

Первым делом натаскали сухих веток, сухой травы на распалку (правильно «растопку» — но тут тоже дружественное влияние украинского языка: «распалку» — от «розпалити»),  для костра. Федор, самый старший, соорудил две рогулинки и забил их в землю.

Сбегали на Нагорную улицу, сейчас её нет, как и улицы Верхней, набрали воды в немецкие котелки. Повесили над костром котелок, добавили немного травы чабреца и — чай готов. У кого был с собой кусочек сахара, тот богатый человек. У кого нет — добавляли в кипяток шкурки дыни, ягоды ежевики, которая росла здесь же по балке.

После чаепития разыгрывали в карты, в подкидного дурачка, кто будет заворачивать стадо коров, чтобы оно далеко не забредало.

Проводили разведку, где можно чем поживиться.

Недалеко от нашего поля, ближе к балке, был колхозный курятник. Если там смена хорошая, добрая, то можно было выпросить с десяток яиц. Но если нет, то добывали другим способом. Знали другие места, где колхозные куры, в зарослях терновника, прятали свои гнезда. По кудахтанью курей, перелетевших через ограждение, определяли это место и спешили забрать яйца, чтобы нас не опередили лиса или куница.

Картошку пекли на костре — благо, огороды были рядом. За это даже и не ругали хозяева: если аккуратно подкопаешь куст картошки и наберешь десяток картофелин. Тогда люди были все без денег, но намного добрее, чем сейчас. Бросали в костер, вернее в красные угли эту картошку, и минут через двадцать — картошка готова. Обжигая пальцы, дули на неё и ели вместе со шкуркой.

Вкуснятина… Я даже сейчас так делаю в электродуховке.

Бывала и удача — курица, убегающая от лисы, попадала под точный удар пастушьей палки! Не отдавать же её лисе?!

Курицу прямо в перьях обмазывали глиной и зарывали в угли костра. Через час — курица готова! Но уж потом был пир! Курицу вытаскивали из углей, снимали глину, а вместе с глиной уходили и перья. Оставалось вкусно пахнущее мясо… Пальчики оближешь!
Ну не всегда так — были и постные дни. Не отказывались и от паслена. Ну а фрукты и ягоды — в изобилии, начиная с мая месяца по сентябрь.

А какие кавуны были?! Особенно Мелитопольский или с белой кожурой — Медовые! Дотронешься до плода ножом, и он сразу лопался. Нежный, сочный, сладющий, с тоненькой коркой. Но особенно ценился «поп», или душа кавуна — сердцевина. Выбирали кавуны весом не менее десяти килограммов. В мешок, вместимостью в семьдесят килограммов, помещалось не более пяти кавунов.
Ну а из дынь не было равных по вкусу и запаху Колхознице. Душистая, сахарная, нежная, ароматная и вкусная.

Не забывали и об играх. Играли с ребятами с ближней улицы в пекаря, нарывного — лапта, футбол , а в войнушку — это каждый день. Все фильмы были о войне и о наших победах. И никто не задумывался, что почти в каждом дворе кто-то погиб на войне.

Так и проходил день. Возвращалось стадо по Топоркову переулку, ильинцы (Ильинка — это часть Великой Знаменки) еще его называют Носов переулок — наверное, возле третьей школы. Хотя ниже третьей школы был еще и Хелеберов проулок.

Мимо Заринского спецучастка, где выращивался виноград, особенно Крымский, а вот и Степная улица. Череда сама поворачивает в улицу и ускоряет шаг. Все мы, уставшие и довольные, плелись за стадом коров. Корова Зорька без труда находила свой дом и бежала к ведрам с водой, предварительно выставленным старшим братом.

Так мы и выживали: без телевизоров, компьютеров и телефонов. Было трудно, но весело. Дружба была настоящая, а не виртуальная.

Автор — Леонид Иванов

Читайте также: В Запорожской области краевед ведет летопись родного села


Комментарии читателей