Индустриалка - новости Запорожья

Видео, Запорожье, Фоторепортаж
Чернобыльская катастрофа: что рассказывали запорожские чернобыльцы
Поделиться

Что в разные годы рассказывали «Индустриалке» запорожские чернобыльцы о ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС

2009 год

Владимир Жиров, полковник юстиции в отставке

Владимир Жиров, заместитель военного прокурора Запорожского гарнизона, попал в Чернобыль на четыре месяца. Его спросили: «Согласен?» Ну а как не согласишься, если, в случае отказа, полетит под откос вся карьера! И он, конечно, согласился. А после командировки у майора «полетели» зубы. Да и вообще все здоровье пошатнулось.

Владимир Жиров

У военной прокуратуры в Чернобыльской зоне, где в 1988 году было 15 тысяч военнослужащих, хватало работы. Во-первых, основной контингент – молодые ребята, которым немногим «за 30». Сами еще совсем недавно служили в армии – были и неуставные отношения, и пьянки, и драки, и самоволки. Все эти инциденты надо было расследовать, выносить решения.

Были преступления и посерьезней – вывоз машинами металлолома из зоны, мебели из оставленных в городе Припять квартир. Многие машины останавливали на кордонах. Но не меньше и прошло сквозь них. Металлолом перегорел-расплавился в мартенах. А дефицитные по тем временам мебельные «стенки» до сих пор, может, стоят у кого-то в квартире, радиацию излучая.

Как наказывали правонарушителей? В основном, всем давали и два, и три года – но условно. Учитывали, что человек Родине уже отдал значительно больше (свое здоровье!), чем намеревался у нее украсть.

1988 год. Чернобыльская зона. Владимир Жиров (в центре) с сослуживцами

1988 год. Чернобыльская зона. Владимир Жиров (в центре) с сослуживцами

В то же время прокуратура боролась с беспределом государства в лице военкоматов. Они в Чернобыль забирали всех «под гребенку» — лишь бы план! А на месте оказывалось – и это выясняли работники прокуратуры – что многих призывать в Чернобыль было нельзя. Например, тех, у кого двое детей. В таких случаях прокурор требовал от командира части немедленно отправить бойца-ликвидатора домой.

Как рассказал мне Владимир Жиров, склонить головы сейчас нужно перед солдатиками срочной службы внутренних войск. Их поставили охранять Чернобыльскую атомную станцию, и они это делали безупречно. Но они же, в основном, все уже и ушли из жизни. Долг выполнили, но здоровье там же оставили.

2019 год

Павел Белан, руководитель общественной организации «Чернобыльцы Запорожья»

В 1986 году Павел Антонович больше месяца провел в Чернобыльской зоне. Он руководил 7-тысячным отрядом военных строителей, которые возводили саркофаг. И построили его в рекордно короткие сроки — за полгода.

Павел Белан

Павел Антонович в июле 1986 года был ликвидатором аварии на ЧАЭС. В звании майора возглавлял экспериментальную группу спецслужб, вводил 7-тысячное войско военных строителей на сооружение саркофага. Ему тогда было всего 35 лет.

Саркофаг над 4-м энергоблоком ЧАЭС (объект «Укрытие»). Фото 2013 года

Саркофаг над 4-м энергоблоком ЧАЭС (объект «Укрытие»). Фото 2013 года

А эксперимент свелся к тому, что вместо положенных 14 суток вахты в Чернобыльской зоне он с побратимами, военными строителями, пробыл там в течение 32 суток. А работать приходилось с пяти утра и до двух ночи — три часа на сон.

ВИДЕО. «Как будто вновь я вместе с ними стою на огненной черте…» — 2019 год

На каждой встрече чернобыльцев в ДК «Орбита» вместе со своим другом-музыкантом Павел Антонович Белан неизменно исполняет песню «На безымянной высоте» поэта Михаила Матусовского и композитора Вениамина Баснера. Это песня о войне. Но у чернобыльцев тоже была война. Причем, враг был невидимый и коварный — радиация. Они совершили свой подвиг, защитив Украину, Европу да и весь мир от ядерной угрозы. Поэтому будто и про них, чернобыльцев, поется в песне: «Как будто вновь я вместе с ними стою на огненной черте».

Читайте также: В Запорожье на мемориале чернобыльцев установили освященный колокол


Комментарии читателей