Индустриалка - новости Запорожья

Запорожье, Культура
Луганчанка Маргарита Сурженко рассказала в Запорожье, как попыталась понять земляков по «ту сторону баррикад»
Поделиться

Луганчанка Маргарита Сурженко — нетипичная переселенка. В отличие от многих, она не жалуется на судьбу и не ждет от государства пособий или продуктовых наборов, а рассчитывает только на себя. И ей это вполне удается. О позитивном опыте Маргарита рассказала в нашем городе, куда приехала с презентаций своих первых книг «АТО. Історії зі Сходу на Захід» и «Нове життя. Історії з Заходу на Схід».

Луганчанка Маргарита Сурженко рассказала в Запорожье, как попыталась понять земляков по «ту сторону баррикад»
Луганчанка Маргарита Сурженко написала истории о своих земляках по обе стороны баррикад

— Я родилась в Луганске, в 16 лет переехала в Киев учиться, потом вернулась в Луганск и стала свидетелем недавних событий, — рассказывает Маргарита. — Знаете, когда смотришь на Майдан со стороны — это страшно, а когда находишься там внутри, то нет. Так же и в Луганске. Помню, над нами низко летали истребители, ходили люди с автоматами, но я не уезжала, потому что не чувствовала опасности. Казалось, это нереально, не будут убивать мирных людей. Истребители летали и украинские, мы думали, что это просто запугивание сепаратистов. А потом у нас выключили свет, и тут сразу не чувствуешь себя человеком — ничего не работает, нечем себя занять.

Луганчанка Маргарита Сурженко рассказала в Запорожье, как попыталась понять земляков по «ту сторону баррикад»

В Запорожском национальном университете Маргарита Сурженко рассказала о своем позитивном опыте переселенки и подарила свои книги для библиотеки

Как раз тогда недалеко от нас начали захватывать воинскую часть, стреляли из автоматов. Хотя до части было 10 минут ходьбы, складывалось впечатление, что стреляют под подъездом. И я приняла приглашение погостить у подруги из Кривого Рога, куда
9 июня прошлого года мы с ребенком и уехали. А 7 июня была инаугурация Президента, который пообещал, что освободит нас за две недели. Поэтому думала, что уезжаем на неделю-две, и у нас в сумке было больше подарков для друзей, чем наших вещей.
Приехали к подруге, а в Луганске – все хуже и хуже. Через неделю поехали к друзьям в Киев, а дома еще хуже. Понимаю, что нельзя все время жить у друзей, надо искать предложения волонтеров и снять квартиру. Волонтеры направили нас в Луцк, где я никогда не была. Все это время работала — я фрилансер и могу трудиться удаленно. А потом мы переехали в Киев и сняли жилье.

— В Луганске осталась квартира, там родственники, друзья?
— Некоторые друзья выехали в Россию. Родственников не осталось. Была квартира, мы ее продали около года назад, в три раза дешевле, чем можно было продать, когда все было нормально. Но были этому рады, потому что жить там не очень хочется. Даже если в Луганске будет Украина, то все равно у людей такая озлобленность ко всему украинскому.

— В чем видите причину озлобленности?
— Потому что там бои, людям нечего есть, они злые. Они почти не общаются между собой, потому что боятся сказать лишнее. Смотрят только российские или местные телеканалы, где рассказывают, какая злая наша армия, что она виновата во всем, что с ними происходит.

— Скучаете по Луганску?
— Когда училась в школе, то мечтала жить в Киеве и говорить на украинском языке. А с другой стороны — это родные стены, и классно, когда есть куда приехать, вернуться домой, где мамин борщик, котлетки. У меня была большая библиотека. Теперь же ничего этого нет. Но это такой жизненный урок: ты переоцениваешь жизнь, понимаешь, что материальное не так уж важно.

— Чувствовали к себе негативное отношение как к переселенке?
— Нет.

— Как вы адаптировались и что посоветуете другим переселенцам?
— Просто по жизни у меня нет привычки сесть и плакать. Пришлось больше работать, больше брать заказов — так и адаптируешься. Мне кажется, что лучше я буду что-то делать, зарабатывать деньги, чем стоять в очереди за моющими или продуктами. Сейчас все находятся в кризисе, не только переселенцы. Надо больше действовать, искать, не сдаваться.

— Как адаптировалась ваша мама, человек более старшего возраста?
— Сначала была в депрессии: «Все закончено, квартиры нет». А я отвечала: «Главное, что все живы, а на квартиру заработаем». Сейчас я ее устроила — создала копирайтерское агентство, и мама работает у меня редактором. Жизнь моей мамы — людей, которым за сорок, мою жизнь, других моих знакомых я описала в своих книгах.

— Расскажите, пожалуйста, о них.
— Моя первая книга, «АТО. Історії зі Сходу на Захід», написанная год назад — это три истории о молодых людях, родившихся в Луганске, вынужденных оттуда уехать и оставшихся без ничего. Герои незнакомы, они встретятся на Западной Украине, у каждого из них свой путь туда. АТО — это первые буквы их имен: Ангелина, Толик и Оксана. Здесь я пыталась сломать стереотипы о переселенцах. Герои настроены оптимистично, и их позитивом заряжаешься.

«АТО» имела успех, две недели была в топе книжного магазина «Е». Через год вышла книга «Нове життя. Історії з Заходу на Схід», которая является своеобразным продолжением. Она тоже о людях, рожденных в Луганске. Они любят его, захотели там остаться и строить новое государство, а кто-то не разделяет идеологию, но ничего не может сделать и вынужден приспосабливаться.
Книги – художественные.

«АТО» – это больше мой внутренний мир, хотя истории и придуманные. В «Новому житті» мне хотелось как-то понять, погрузиться в мир людей, с которыми мы оказались по разные стороны баррикад, показать читателям, почему так получилось. Эта книга для тех, кто хочет строить между нами мосты, а не стены. Всегда говорю, что от больных родственников не избавляются – их надо лечить.
Уже написана третья книга. Теперь я живу в Киеве, и книга о столичных соблазнах называется «Квартира киевских грехов».

— Как, по-вашему, можно преодолеть взаимную ненависть и навести мосты?
— Надо, чтобы там была Украина или хотя бы не было такого зомбирующего реальность телевидения. И чтобы были хорошие экономические условия для реализации людей.


Комментарии читателей