Индустриальное Запорожье - новости Запорожья

День за днем, Запорожье
23-кратный чемпион мира из Запорожья, объездивший всю Европу, рассказывает, как там живётся
Поделиться

23-кратный чемпион мира из Запорожья, объездивший всю Европу, рассказывает, как там живётся

Тимофей Семёнович Косенко, чемпион мира и Европы по гиревому спорту среди ветеранов живет в селе Червоноармейское Акимовского района Запорожской области

Недавно он вернулся из белорусского города Гродно, где с 16 по 19 октября проходил чемпионат мира и Европы по гиревому спорту для ветеранов.

Тимофей Косенко, 65-летний ветеран гиревого спорта, выступал в трех номинациях.

Первая номинация, полумарафон, — за 30 минут 14-килограммовую гирю он вырвал 840 раз и завоевал золотую медаль. Вторая номинация — за 10 минут 14-килограммовую гирю толкнул 188 раз — снова золотая медаль. А в третьей номинации — эстафета — 6 участников украинской команды по 1 минуте поочередно поднимали гири, здесь они завоевали «бронзу».

По итогам всех выступлений Тимофей Косенко в 23-й раз стал чемпионом мира и в 17-й раз чемпионом Европы. Кроме того, Международная конфедерация мастеров гиревого спорта наградила нашего земляка орденом «ЗВЕЗДА ГЕРОЯ».

В чемпионате мира в Гродно соревновались гиревики из 13 стран — более 200 участников.

После возвращения с соревнований мы поговорили с нашим прославленным чемпионом не о спорте (что говорить — он сильнейший!), а о том, как люди в тех странах, где он побывал, живут.

23-кратный чемпион мира из Запорожья, объездивший всю Европу, рассказывает, как там живётся

— Я всю Европу объездил, — рассказывает Тимофей Семёнович. — Три раза был в Италии, два раза в Германии, был в Греции, в Америке был — в Сан-Диего, Россию всю объездил, Прибалтику всю, в Белоруссии был раза четыре. Я уже больше двадцати лет езжу по свету.

— Уже двадцать лет вы — ветеран?

— Больше. С сорока лет ветеран, когда стал инвалидом по зрению.

— Тимофей Семёнович, почему так получается? Вот вы были на чемпионате мира в Белоруссии, так хорошо об этой стране отзываетесь. Белорусы, получается, намного лучше нас, если живут лучше? У них, как вы сказали, и чистота на улицах, и хлеб — «не наешься».

— Ну, так получается. Значит, у них правительство лучше. Я ехал туда поездом Запорожье-Минск, там пересадка Минск-Гродно А обратно ехал из Гродно в Гомель, из Гомеля в Запорожье. И вот на трех вокзалах я был — ни одного бомжа не видел, ни одного пьяницы. Сюда в Запорожье приехал — пьяниц, бомжей человека четыре-пять сразу встретил. А там ни одного за неделю не увидел.

У них на вокзалах, на площадях, на тротуарах ни ям, ни бугров — всё в плиточке, везде чистота, зелень, нигде в городе окурков не видно и курящих тоже. На вокзале я три часа ждал поезд, так раз десять объявляли, что курить в общественном месте нельзя, и сообщали, что для этого есть специально отведенное место. Пиво, спиртное — не дай Бог, чтобы где-то распивали. По Минску ночью часа два мы ходили — нигде нет никаких круглосуточных кафе, ни продажи пива в киосках. Это в их столице. А у нас в селе пивом торгуют чуть ли не до утра — штук пять-шесть ларьков.

И ходить у них по городу совсем не страшно, не то, что у нас. В Запорожье на вокзале я сидел, чуть-чуть вздремнул, уже за плечо трогают: «Смотри за сумками!» В Минске на вокзале сидел, куда-то надо было отлучиться, говорю соседям в зале ожидания: «Посмотрите, пожалуйста за сумками». Улыбаются: «У нас этого нет, чтобы чьи-то вещи украли».

— Так все-таки — от народа или от правителей порядок такой зависит?

— Мне кажется, что от правительства. Если бы вовремя реформы прошли… И от народа тоже. Хотя народу «верхи» должны задавать тон — как жить и как себя вести. Я, например, привычный к этому, потому что всю Европу объездил.

И в Америке очень интересно было, в Сан-Диего. У меня зрение плохое. И вот на пешеходных переходах я удивлялся — будешь даже один идти, колонна машин станет и не двинется с места, пока не перейдешь. А у нас на «зебре» тебя могут запросто сбить.

И еще такое. Ночью идем по Сан-Диего, все освещено и велосипеды, скутеры стоят себе спокойно на тротуаре, никакими замками ни к чему не пристегнутые. «Да, у нас так! — говорят нам. — Ваш велосипед и двое суток может на улице простоять, никто его не тронет».

Ещё пример. В нашей команде, прилетевшей из Киева, было 72 человека. В аэропорт Сан-Диего за нами прислали семь маршруток, чтобы отвезти в гостиницу. По десять человек сели в каждую маршрутку. Остался я и еще один товарищ. Ну, думаю, подсядем в одну из маршруток, то есть постоим. «Да нет, что вы! — так нам сказали. — Нельзя стоять». И за нами двоими прислали еще одну дополнительную маршрутку. Домой, в Борисполь, прилетели — в маршрутку еле втиснулись. Говорим друг другу: «Приехали в рідну Україну». Набились как селедки.

А еще в Америке был такой случай. В каком-то маленьком городке двое наших хлопцев купили пиво и тут же на улице только открыли его, по глотку не успели сделать, появляются полицейские да с наручниками. Если бы не наш переводчик, точно бы они наших хлопцев арестовали — «за распитие» в общественном месте. У них это категорически запрещено.

Или такой случай. Из Киева до Чопа едем в автобусе. Где остановиться? Да где угодно! Куда сбегать? Да в посадку! Переезжаем Чоп, дальше — Венгрия, Австрия. По дороге через каждые 20-30 километров на обочине биотуалеты. Заходишь — и мыло лежит, и руки есть где помыть. Везде, в каждой стране в Европе, на обочинах биотуалеты. А у нас проедь всю Украину — где у нас биотуалеты на обочинах? Нигде нет. По посадкам. И много-много нюансов таких.

— Вы говорите, что и Россию всю объехали, как там? Как у нас?

— В России, можно сказать, как у нас. Я в Архангельске, Кирово-Чепецке, Липецке был. В Липецке еще ничего, а вот в Архангельске я три раза был — там даже еще и похуже. Ямы на дорогах.

Еще про ливень вспомнил. У нас и в России после него лужи надолго. В Европе через десять-пятнадцать минут после ливня — сухо. Ливнёвки работают! И в Европе, и в Америке везде для велосипедистов отдельно полоса широкая, для пешеходов отдельно. В Белоруссии тоже.

В Америке как-то мы бегали по магазинам — эмигранты подсказали, где 50-процентные скидки на джинсы и прочую одежду. Накупили всего, принесли в гостиничный номер, сложили на кровати и снова пошли в город. Один наш товарищ свой номер забыл закрыть. Возвращаемся и первым делом к кровати, где вещи были сложены — всё ли на месте? А работник гостиницы нам говорит: «Да не бойтесь! Тут даже если будет открыто — никто ничего не возьмет». А у нас чемпионат Украины в Кирилловке проходил три года назад, так президента нашего по гиревому спорту из Киева обворовали.

В Греции были, там у них цитрусовые прямо на улице растут — так никто не сорвет. А наши смотрят, как бы сорвать. Но днем постеснялись. И все равно наши вечером пошли и что-то сорвали. Конечно, нам до них, до Европы, ох, как далеко.

Цены. В Белоруссии пока разобрался с местной «валютой», но миллионером побыл — наша тысяча у них идет за 800-850 тысяч. Но цены у них, в основном, такие же, как и у нас, тоже дороговато. Но качество!

— А зарплаты у них какие?

— В Россию давно езжу — там и пенсии, и зарплаты в два раза больше, чем у нас. Пенсии есть и 10 тысяч, и 12, меньше 7-8 тысяч рублей нет. Поделите хотя бы на 2,8.

— А в Белоруссии?

— Чуть меньше выходит. Но у них и продукты немного дешевле. В России качество продуктов можно с нашими сравнивать — неважное. А в Белоруссии — там очень строго следят за качеством. Там десять процентов бизнеса частного, а все остальное государственное — колхозы, совхозы, заводы. Телевизор три дня мы включали — Лукашенко только переизбрали, 83 процента набрал, его поддерживают. И так у кого ни спрашиваешь, где ни разговариваешь с людьми, за Лукашенко все.

23-кратный чемпион мира из Запорожья, объездивший всю Европу, рассказывает, как там живётся

Фото Александра Прилепы


Комментарии читателей