Индустриальное Запорожье - новости Запорожья

Запорожье
Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы
Поделиться

За год, который прошел с авиакатастрофы Ил-76МД в Луганске, родственники и сослуживцы погибших членов экипажа и десантников так и не услышали ответа на вопрос, кто виноват в трагедии. Следствие продолжается, а тем временем и 25-я бригада транспортной авиации из Мелитополя, и 25-я отдельная Днепропетровская воздушно-десантная бригада продолжают выполнять боевые задачи в зоне АТО.

Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы

«Никакой снаряд не мог дать такой эффект»

С весны 2014 года международный аэропорт «Луганск» был одной из «горячих точек» в противостоянии украинской армии и боевиков. Здесь то и дело вспыхивали ожесточенные бои, нашим военным постоянно требовались провиант, боеприпасы, да и подкрепление в виде живой силы и техники.
Их доставку обеспечивали, в том числе, и мелитопольские авиаторы. В начале лета практически ежедневно три Ил-76 совершали рейсы в этот аэропорт. И не всегда они проходили гладко: две пробоины фюзеляжа получил самолет подполковника Александра Белого, а еще одну – в районе шасси — борт, которым управлял полковник Александр Пасиченко. Произошло это за несколько дней до трагедии.

Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы
25 июня 2014 года. Проводить в последний путь членов экипажа борта с номером 76777, казалось, пришел весь Мелитополь. Для города это была первая потеря во время боевых действий на Донбассе

А в ночь с 13 на 14 июня предстоял очередной «поход» на Луганск.
— Насколько я знаю, тогда перед вылетом было «весело», – вспоминает штурман бригады майор Алексей Онищенко. – Наш Ил-76 хотели поставить вторым в очереди, но нам нужно было вернуться в Борисполь, и нас оставили третьими. Потом возник вопрос с бронежилетами для десантников, и с самолета Белого людей пересадили к нам, а технику загнали к нему. Тут новая команда – и все вернули, как было.
Таким образом, на борту каждого транспортного гиганта, кроме девяти членов экипажа, находилось по 40 военнослужащих и около 15 тонн груза.
В небо Илы поднялись с десятиминутным интервалом. Летчики старались максимально себя обезопасить, на подходе к опасной зоне соблюдали режим радиомолчания, отключали внешнее светотехническое оборудование вплоть до лампочек на шасси.

Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы
Теперь на могиле летчиков — гранитный мемориал. Памятник в их честь стоит и на территории родной 25-й бригады транспортной авиации

Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы— Небо было безоблачное, светила полная луна, но нам предстояло садиться «в черное пятно», потому что аэродром был обесточен, – впервые «на диктофон» говорит о событиях годичной давности командир 25-й бригады транспортной авиации, полковник Дмитрий Мымриков. – Наверное, первому борту — или мне – повезло, что люди, получившие приказ уничтожить наши самолеты, не успели развернуться, и мы благополучно сели. Но самолет под управлением Александра Белого был обстрелян практически на моих глазах, по нему террористы выпустили ракету из ПЗРК и очередь из крупнокалиберного пулемета. Через считанные секунды Ил, который получил серьезные повреждения, взорвался при ударе о землю…

— Столб огня был такой, как при атомном взрыве – гриб один, потом второй, – добавляет начальник транспортной авиации Вооруженных Сил Украины Александр Пасиченко, который 13 июня 2014 года был командиром экипажа третьего самолета. – Конечно, я знал, что никакой снаряд не может дать такой эффект, так мог сдетонировать только авиационный керосин. В Луганске дозаправка была невозможна, поэтому у нас было по 26-27 тонн топлива. И наши подозрения подтвердились, когда спустя почти пять минут в эфир вышел командир первого борта: «Уходи! Уходи! Саня погиб – уходи!».

Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы

«Перед полетом нас уверили: аэродром охраняется»

Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы

Александр Пасиченко был командиром экипажа третьего самолета и успел развернуться

Экипаж полковника Мымрикова тогда на восемь дней «застрял» в Луганском аэропорту; снова поднять Ил в воздух командир рискнул, когда появилась хоть какая-то уверенность, что боевики не атакуют самолет. Непросто оказалось и вернуть домой тела погибших летчиков и десантников, которые забрали с места трагедии ЛНРовцы.
— К борту, упавшему в нескольких километрах от взлетно-посадочной полосы, выехали наши службы, которые охраняли аэродром, но их опередили террористы, – с болью в голосе говорит Дмитрий Викторович. – Ходили практически по трупам, и пресса там с ними была, создали себе эти люди пиар, показали всем, что они могут делать, стремясь нас напугать.
После переговоров останки ребят все-таки были переданы представителям Украины, но потребовалось больше месяца, чтобы их идентифицировать и похоронить. И уже год тянется расследование этой масштабной авиакатастрофы. Версии поначалу звучали разные – вплоть до предательства со стороны диспетчеров.
— Да, тут и знать не надо было, – говорит по этому поводу штурман бригады Алексей Онищенко. – Каждый день на Луганск ходили один, три, два наших борта, потому что нужно было возить, в первую очередь, еду, плюс боеприпасы. И проследить, когда территория аэропорта уже была окружена, что они заходили на посадку, в основном, ночью, было несложно. Так что можно было просто «этим товарищам» сидеть и ждать.
Не раз звучала информация, что и военная разведка, и СБУ, и представители воинских подразделений прекрасно осознавали опасность подкрепления с воздуха на территорию, подконтрольную боевикам. Да и сами летчики, получив непрозрачный намек в виде пробоин своих самолетов, это прекрасно понимали. Тем не менее, командование АТО с упорством продолжало использовать Илы для переброски личного состава, техники и провианта.

Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы
В музее в гарнизонном Доме офицеров собраны личные вещи военных летчиков — их рабочие тетради, летные книжки, форма

— Перед крайним полетом на Луганск в июне прошлого года нас уверили, что аэродром охраняется, и к моменту нашего подхода зона, которую мы выбрали для посадки, будет чиста, – отмечает командир бригады Дмитрий Мымриков. – Как оказалось, нет! Да и пятикилометровое кольцо вокруг аэродрома было практически невозможно выдержать, он находится на возвышенности, вокруг овраги, где можно было легко спрятаться и подойти незаметно. Так что события показали — все было спланировано.
У меня спрашивали: «Вы знали, что вас могут сбить?» Отвечаю: «Да, мы знали!» Любой солдат, который берет в руки оружие и уезжает в зону АТО, понимает, что может погибнуть. Но нам нужно было выполнять задачу, потому что наши Вооруженные Силы в аэропорту были отрезаны от всех, без нашей помощи они бы там долго не простояли! Но если бы я полностью владел ситуацией, я не повел бы за собой ребят, лучше бы сам, без кого-либо выполнял эту задачу столько раз, сколько нужно.

«Есть надежда, что точка в деле будет поставлена»

Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы

Подполковник Александр Белый фанатично любил небо и свою профессию. Погибший экипаж, командиром которого он был, считался молодым и перспективным

Главным подозреваемым в деле о гибели летчиков и десантников в итоге стал генерал-майор Виктор Назаров, которому Генпрокуратура Украины еще в конце прошлого года предъявила обвинение в служебной халатности. Но армейский чин не то что не был заключен под стражу на время расследования, но и продолжает отсиживаться в высоких кабинетах Генштаба и даже пытался переложить всю ответственность за трагедию на погибший экипаж.
— У меня в прокуратуре в Киеве вообще спрашивали, могли ли мы самостоятельно полететь, – говорит штурман авиации Алексей Онищенко. – Ответил, что не может быть такого в принципе! Допытывались еще, а как же заход по спирали?! Но он же выполняется только днем, и для этого нужна какая-то точка привязки, за которую мы должны «зацепиться» радиостанцией. На нее на большой высоте мы должны выйти и сделать 3-4 витка и на последнем зайти на посадку. Дело в том, что пришлось объяснять элементарные вещи человеку, который, очевидно, никакого отношения к армии не имеет.

Но не все так печально в расследовании, в котором принимали участие и Минобороны, и парламентская комиссия Верховной Рады. Прокуратура по делу о катастрофе Ил-76 назначала военно-тактическую криминалистическую экспертизу. Ее проведением с привлечением известных авиационных и военных специалистов занимался Киевский институт судебных экспертиз. Комиссионный вывод, по данным центральных СМИ, таков: командование АТО не уведомило летчиков о безопасном курсе полета, кроме того, «пилоты Ил-76 не могли осуществить посадку, не входя в зону действия ПЗРК (переносного зенитно-ракетного комплекса), так как место засады позволяло диверсантам полностью простреливать взлетную полосу».

Год после катастрофы Ил-76 в Луганске - виновные так и не названы
1 декабря 2014 года. Генерал-майор Виктор Назаров, обвиняемый в служебной халатности, направляется в Апелляционный суд Киева

— У нас все-таки есть надежда, что точка в этом деле будет поставлена, так как на протяжении полугода мы чуть ли не каждую неделю расписывали всю ситуацию в Луганском аэропорту, – отмечает полковник Дмитрий Мымриков. – Были задействованы многие ведомства, в том числе и независимые эксперты, и все пришли к мнению: в действиях экипажа ошибки не было!
Но пока ожидания родных погибших летчиков, десантников и их сослуживцев разбиваются о позицию того самого генерал-майора Виктора Назарова. Мало того что он никак не ознакомится с материалами дела, так еще и пытается давить через своих адвокатов на военных спецов, которые сказали свое веское слово в расследовании, что стало достоянием общественности благодаря прессе. В ответ Генпрокуратура Украины предъявила чиновнику обвинение еще и в препятствовании работе судебных экспертов.