Индустриальное Запорожье - новости Запорожья

Запорожье
В Запорожской области некоторые семьи погибших летчиков переехали в новые квартиры
Поделиться

«Был момент, когда заявила мужу: «Не пущу!»

Семьи пяти из девяти членов экипажа Ил-76МД, сбитого летом прошлого года боевиками ЛНР, наконец-то получили жилье от государства. Ордера супругам летчиков — Оксане Скочковой, Полине Телегиной, Ираиде Буркавцовой, Оксане Козолий и Инне Ментус — вручал лично Президент Украины Петр Порошенко. О том, каким было недолгое общение с Гарантом и как проходил подбор жилья, «Индустриалке» рассказала вдова штурмана авиационной эскад-рильи гвардии капитана Игоря Скочкова – Оксана.

«Все это время Президент держал меня за руку»

В Запорожской области некоторые семьи погибших летчиков переехали в новые квартиры

Перед встречей с Президентом Украины Оксана Скочкова сильно волновалась, но Петр Порошенко сумел найти нужные слова и во время короткого разговора держал вдову штурмана за руку

Пока Мелитополь оказался единственным городом в Запорожской области, где родные военнослужащих, погибших в зоне проведения антитеррористической операции, смогли улучшить жилищные условия. Поначалу город получил на приобретение квартир для семей экипажа Ил-76МД сумму практически вдвое ниже потребности, так как по нормативу, утвержденному правительством еще в 2012 году, один квадратный метр должен был стоить 4290 гривен. А фактически из-за роста курса доллара его цена составляла 7,5-8 тыс. гривен.

После обращения исполнительной власти «наверх» (сразу в область, а оттуда письмо ушло в Кабмин) вопрос был решен положительно, и на закупку жилья в регионе в конечном итоге было направлено 1,8 млн. гривен. Большая часть – полтора миллиона гривен – досталась Мелитополю, этого хватило на две двухкомнатные и три однокомнатные квартиры.

— При выборе квартир наши пожелания учитывались, в том числе и место их расположения, – говорит Оксана Скочкова. – Я для себя выбрала район, где живут мои родители, мне так удобнее. Жилотдел проверил состояние квартир, наличие сантехники, они все в нормальном состоянии, можно было переехать сразу.

Кто-то из вдов уже так и сделал, причем с разрешения областного департамента социальной защиты населения еще до вручения ордеров. Оставшись без кормильцев, с детьми на руках, женщинам приходилось платить за аренду жилья и это не считая остальных текущих расходов. Плечо в этой тяжелой ситуации подставили и в воинской части, где служили авиаторы, не остались в стороне и горожане, которые, чем могли, помогали семьям членов экипажа. Но новоселье не стало для них праздником, каким могло бы быть, будь живы их мужья.

В Запорожской области некоторые семьи погибших летчиков переехали в новые квартиры

Командир погибшего в небе над Луганском экипажа Александр Белый (слева) и штурман Игорь Скочков. Как-то Игорь попытался уйти из армии, но восстановился — без неба и боевых товарищей уже не смог

— Я вообще ничему не рада — ни деньгам, ни квартире, вот честно, – говорит Оксана Викторовна. – Жила бы на съемной квартире по сегодняшний день! Людям, которые не прошли через это, не понять состояние, когда каждый день рыдаешь и тебе 14-летний сын говорит: «Мама, не плачь! Мама, хватит! Мама, перестань!» А двухлетняя дочка начинает плакать вместе с тобой, и ты стараешься держать себя в руках, по крайней мере, дома. Волю чувствам даю на кладбищах, куда мы часто ездим с девочками.

Тем не менее, помощь в виде квартир – это то, что смогло сделать государство для убитых горем родных одного из лучших экипажей 25-й бригады транспортной авиации. Важность работы летчиков в зоне АТО подчеркнуло то обстоятельство, что документы на право владения жильем вдовам вручал Петр Порошенко – первое лицо страны.

— Знаете, пока Президент представлял губернатора, я очень волновалась, но когда подошла, он сказал: «Я дуже дякую, що ви так мужньо тримаєтесь». Я в ответ: «А как иначе, у меня двое детей?! Мне надо жить для них». И все это время Президент держал меня за руку.

Сын трое суток не вставал с кровати и плакал

На вопрос, а не было ли желания упрекнуть главу государства либо генералов Минобороны в его лице за гибель экипажа, Оксана Скочкова ответила отрицательно и добавила, что как жена военного знала: муж не принадлежал себе. Он взял на себя обязанность защищать Родину, дав присягу, и, как и его товарищи, был верен своему выбору.

В Запорожской области некоторые семьи погибших летчиков переехали в новые квартиры

Все свободное время Игорь Скочков проводил с детьми — с Сашей занимался мужскими делами, а Настю баловал, как настоящую королевну

— Знаете, летчики в основном погибают в воздухе, — говорит Оксана Викторовна. — А если бы Игорь полетел в загранкомандировку, а там отказал двигатель? А тут идет антитеррористическая операция, ребята были постоянно заняты, хотя у меня был момент, когда заявила мужу: «Не пущу!». Но он мне ответил: «Это мой долг!»

Разум понимал, что не могу так поступать, а душа разрывалась… Последнее время каждый раз прощались с Игорем, как в последний. И он никогда не смотрел в глаза…

— А что больше всего вспоминается за прошедшие после авиакатастрофы месяцы?
— Наверное, как уезжал в командировки и возвращался, как смеялись, как много времени уделяли друг другу, когда он был дома. Старались не затрагивать работу, а говорили о нас, о детях.

Игорь очень просил второго ребенка, очень хотел именно дочку, говорил: «Я буду водить ее в садик!»
Когда она уже родилась, а у меня были очень тяжелые роды, Настя попала в реанимацию, мы ее спасали, и это нас еще больше сплотило. Когда муж погиб, мне соседи, девочки, у которых тоже маленькие дети, сказали: «Мы его запомним таким, каким он был, выходя из подъезда с Настей на руках и держа ее, как королевну».

— А сына чему супруг учил?
— Последние года 3-4, когда у Саши стало проявляться мужское начало, и машину с папой они вместе ставили, и мыли ее, и за покупками ездили. Я, бывало, приду к ним, а они: «Мама, иди, не мешай нам, у нас мужские разговоры». Еще Игорь научил сына быстро кубик Рубика собирать, по схеме, которую сам разработал…

Когда папы нашего не стало, Саша трое суток не вставал с кровати и плакал. Я пыталась объяснить что-то, уговорить: «Давай представим, что он в командировке…», а он мне: «Мама, ты не по-ни-ма-ешь! Я никогда не приду в лицей и не скажу: «Мне купил это папа», никогда я не выгляну с балкона, и он мне из машины не помашет рукой, и мне больше некому будет сказать слово «папа». Чувства ребенка не передать… И я осознаю, что у моих детей не будет той защиты и поддержки, которую смог бы дать им отец.

Знаете, я много слышу разговоров, что нам заплатили деньги, дали ордера, но поверьте мне — это несоизмеримые вещи! Понимаете, во-первых, таких специалистов, как погибший экипаж, очень мало, и все они очень любили свою работу! Игорь в какой-то момент пытался уйти, найти себя в гражданской жизни, а потом все равно восстановился – он не смог без своих ребят, без неба.

Когда он уже вылетел самостоятельно, без инструктора, он настолько был рад и счастлив, потому что поднять такую махину в воздух – это очень большое мастерство. Весь экипаж был молодой, перспективный, у всех было много планов, и у нас с Игорем, но этим планам не суждено было сбыться.

В ТЕМУ

Семьи еще двух погибших летчиков – Александра Белого и Александра Ковалика – пока не получили жилье из-за возникших юридических нюансов.
Но наверняка обращение вдов авиатора к Президенту Украины поможет решить вопрос. Семьи еще двух членов экипажа – Олега Павленко и Михаила Дьякова – на получение жилья не претендовали.