Индустриалка - новости Запорожья

Запорожье
Александр Крикушенко: Спецназ – мой последний аргумент
Поделиться

Во время «прямой линии» с читателями «Индустриалки» начальник управления Государственной пенитенциарной службы Украины в области Александр Крикушенко ответил на вопросы о досрочном освобождении, рассказал о бунтах в колониях и частных тюрьмах

 

Хорошо себя ведешь — воля «светит» раньше

Александр Крикушенко:  Спецназ –  мой последний аргумент– Александр Георгиевич, скажите, какие осужденные попадают под условно–досрочное освобождение (УДО)?

– Согласно нормам действующего законодательства Украины, к людям, отбывающим наказание в виде лишения или ограничения свободы, могут применяться такие виды поощрений, как УДО и замена лишения свободы исправительными работами. Для этого нужно отбыть установленную Уголовным кодексом Украины часть назначенного судом срока наказания. Тогда за хорошее поведение суд может применить такие льготы.

Для статистики хочу сказать, что поощрительные нормы активно применяются в учреждениях области. Так, за три месяца условно–досрочно было освобождено 317 осужденных, что составляет 46,5% от формального количества человек, которые подпадали под действие этой льготы. Поощрение в виде исправительных работ применили к 68 осужденным — это 11,2% от формального количества.

– Вы знаете о судебном деле «Электрет–2»? У нас, вкладчиков, может что–то сдвинуться с места?

– Я полностью на вашей стороне. И, как представитель пенитенциарной службы, выполню любое решение суда. Но повлиять на это решение я не могу.

– Скажите, можно ли человеку, который сидит в тюрьме, оформить паспорт взамен утерянного?

– Конечно. Для этого в каждой колонии работают старшие инспекторы по вопросам подготовки к освобождению. В каждом отделении есть информационный стенд, где указан перечень необходимых документов, которые могут принести родственники, или мы запрашиваем их дубликаты из госучреждений.

– Сколько у нас сейчас пожизненно осужденных?

– Участки для пожизненно осужденных находятся в Запорожском  и Вольнянском СИЗО, а также в Софиевской исправительной колонии (№55). В колониисодержится 79 человек, в изоляторах – 9.

– После принятия нового УПК заключенных в СИЗО стало меньше?

– Да, в СИЗО сейчас нет перегрузки. Сегодня по области наблюдается уменьшение на 500 человек по сравнению с прошлым годом. Благодаря этому легче и нам, и налогоплательщикам. Мы сейчас получаем 47% финансирования от необходимого, поэтому в связи с уменьшением численности спецконтингента средств на содержание заключенных стало немного больше.

– Появятся лихрамы во всех колониях и СИЗО?

– Сейчас мы ввели в эксплуатацию уже три храма. После майских праздников откроем храм в Мелитопольской воспитательной колонии. Строится храм в Дружелюбовском исправительном центре и Бердянской исправительной колонии (№ 77). Через полтора года планируем сделать храмы в каждом пенитенциарном учреждении.

Частных тюрем в Украине нет

– Как вы относитесь к заключению браков в местах лишения свободы?

– Я отношусь к этому положительно, т.к. семья, даже созданная в неволе, это ячейка общества, которая положительно влияет на ресоциализацию осужденных. Они пишут женам письма, ходят на свидания, и у них появляется стремление поскорее выйти на волю.

– Как, по–вашему, много людей сейчас сидит ни за что?

– На все 140 тыс. спецконтингента, возможно, есть несколько таких, кто сидит не по своей вине. Если бы не было «пологовского маньяка» (Сергея Ткача, за злодеяния которого осудили невинных людей, в том числе Максима Дмитренко, который 8 лет отсидел за изнасилование девочки, совершенное  Ткачом. – Д. С.), я бы с уверенностью мог сказать, что в местах лишения свободы нет невиновных.

– А могут ли пожениться осужденные, отбывающие наказание в колониях?

– Нет такой возможности — мужчины и женщины у нас не содержатся вместе. Так что для заключения брака жениху или невесте нужно для начала освободиться.

– Я тут краем уха в электричке услышал, что в Днепропетровске есть частные тюрьмы. Это правда?

– Нет, в нашей стране таких мест заключения нет и не планируется в ближайшее время. За границей такие тюрьмы встречаются.

– Есть ли у нас осужденные, которые лишены права голоса?

– Нет. Наш спецконтингент имеет право голоса. Проголосовать не может только тот, кто не является гражданином нашей страны. Других лишений прав голоса нет.

– Как вы боретесь со своими сотрудниками, которые передают осужденным запрещенные предметы?

– В прошлом году мы изъяли у спецконтингента более 4,5 тыс. только мобильных телефонов, завели 17 дел в отношении тех сотрудников, которые проносили на охраняемую территорию запрещенные предметы. Инновационным методом по предупреждению внеслужебных связей стал психологический тренинг «Техника отказа», в ходе которого сотрудники кадрового аппарата вместе с психологами обучают новопринятых пенитенциариев вырабатывать устойчивую позицию и говорить слово «Нет!» лицам, которые предлагают им вступить во внеслужебные отношения.

– Бывало, что вашей жизни угрожали осужденные?

– В 1999 году, когда я принимал одну из харьковских колоний, за неделю изъял там более 800 литров спиртных напитков. В колонию боялись заходить даже сотрудники, потому что она была просто неуправляемой. Начался бунт…

Ко мне пришли 10 человек — делегация авторитетов. Пришли договориться. Они готовы были сделать шаг назад, чтобы потом сделать 10 шагов вперед. Но зачем, если уже «пошла коса на камень»?

Я решил, что выстою…. Они сказали, что тогда разговора не получится. Я был один, а их 10, не знаю, что было бы, если бы они напали.

Спецконтингент всегда понимает, что любые их силовые акции будут погашены, поэтому они всегда пытаются договориться. Через пару дней мы усмирили бунт — зашли двумя «клинами» с сиренами, применили силу. Одновременно в изоляторе тогда было под 400 человек. Но спецназ — это мой последний аргумент, если я его применяю, значит, где–то не доработал.

 

ЗАГРАНИЧНЫЙ ОПЫТ

В Швецииотпуск для пожизненников…

– Для обмена опытом бывший начальник управления ГПтС в Харьковской области генерал–лейтенант Владимир Бутенко побывал в шведской тюрьме, – поделился Александр Крикушенко. – В это время я работал заместителем начальника управления в Харькове и мы как раз строили участок для пожизненно осужденных. Так вот, в этой шведской тюрьме был один пожизненник. Генерал попросил посмотреть, как его содержат и поговорить с ним. Но ему сказали, что осужденный в отпуске.

Генералу объяснили, что этот убийца неопасен для общества. У него была проблема: он считал, что его врач неправильно лечит. Он убил врача и решил свою проблему. Во время отпуска осужденному запрещено употреблять алкоголь и наркотики, а все остальное — можно.

 

… а в Италии «клиенты тюрем» варят пиво

– Лично я побывал в одной из колоний Италии, – вспоминает Александр Георгиевич. – Очень удивила обстановка там. На тысячу человек за год было 67 суицидов! Нас бы уже расстреляли! В то время на Украине было 36 самоубийств на 140 тыс. спецконтингента. Оказалось, например, что 9 случаев суицида в этой итальянской колонии — отравление газовыми лампами, которые есть у заключенных, чтобы разогревать еду.
Режима там нет — даже что такое отбой они не знают.

Уровень содержания осужденных там очень высокий — их средняя столовая не отличается от уровня среднего ресторана в Украине. Едят они, например, по полкролика или курицы, овощи и фрукты стоят ящиками, их даже никто не берет. А производство у них — не то что у нас, когда осужденные делают что–то полезное для общества.

В этой итальянской колонии осужденные варят пиво. Нам даже дали попробовать его: мы «чокнулись» с осужденным и пошли дальше осматривать колонию. На вышках никто не дежурит. Говорю, а если побег
и человек перелезет через стену? А мне в ответ: «Как? Она же 6 метров!» У нас все это можно представить только в кошмарном сне.

Перейдя по ссылке рыболовный интернет магазин вы сможете просмотреть каталог наших товаров, а также ознакомиться с перечнем бесплатных рыболовных баз на территории России.


Комментарии читателей