Индустриальное Запорожье - новости Запорожья

Запорожье
Запорожцы вспоминают: «БАМ сделал нас мужчинами в лучшем понимании этого слова»
Поделиться

Запорожец Александр Любченко вспоминает одну из самых ярких страниц своей биографии

Чем дальше уходят в прошлое события из жизни нашего народа времен Советского Союза, тем больший интерес проявляется к тем годам. Для одних это возможность хотя бы мысленно вернуться в прошлое, вспомнить не только молодость, но и факты биографии, которыми по праву можно гордиться и сейчас. Для более молодых – попытаться понять, почему так дорожат этими воспоминаниями отцы и деды.

Запорожцы вспоминают: «БАМ сделал нас мужчинами в лучшем понимании этого слова»

Весна 1979 года. Настроение у лейтенанта Любченко под стать погоде – весеннее

Одним из самых ярких фактов в истории Советского Союза, вне всякого сомнения, стало строительство Байкало–Амурской магистрали. Много всякого и разного, в том числе и негативного, пишут сейчас о БАМе. А вот запорожец Александр Любченко, который в конце 70–х годов участвовал в строительстве БАМа в составе железнодорожного корпуса железнодорожных войск Вооруженных Сил СССР, до сих пор с гордостью называет себя бамовцем.

ЖЕНУ И СЫНА ОСТАВИЛ ДОМА, А САМ — В ДОРОГУ

– Александр Витальевич, как судьба военного забросила вас из Запорожья на далекий БАМ?
– Начнем с того, что я родом из Харькова. Там окончил автомобильно–дорожный институт. По окончании института прошел курсы в Черкасской танковой дивизии и получил звание лейтенанта. Решил, что на этом мои взаимоотношения с армией и закончатся. Однако ошибся.
В 1977 женился на очаровательной запорожанке Танюше (Татьяне Петровне!) и променял Харьков на Запорожье. В 1978 году родился сын Денис. Я работал на «Днепроспецстали» старшим инженером и, как говорится, радовался жизни. А что – жена, сын, работа! Мне тогда было 24 года.
Через 2 месяца после рождения сына вызывают в военкомат и говорят: «Поскольку вы офицер, то направляетесь служить туда, где наиболее нужны». А нужен я оказался в городе Чегдомын Хабаровского края. Это был восточный участок БАМа. Жену и сына оставил в Запорожье, а сам – в путь–дорогу.
– А теперь вот о службе подробнее расскажите.
– В Чегдомын прибыл в середине сентября. Оттуда направили в бригаду, которая дислоцировалась в «столице Молдавии» – Алонке. Дело в том, что многие поселки и станции БАМа строились республикой, областью или городом.

Запорожцы вспоминают: «БАМ сделал нас мужчинами в лучшем понимании этого слова»

Карта Байкало–Амурской магистрали. Кружком обозначен район, где служил–работал Александр Любченко

Белорусы строили Муякан, казахи – Новую Чару, украинцы – Новый Ургал. Эти поселки на БАМе в шутку называли «столицами» тех республик, откуда приехали строители.
Так вот Алонку строили молдаване. В конце 1978 года там было 500 гражданских строителей и 1600 военных. Ну, и несколько (до пятнадцати, не более) двух– и трехэтажных зданий. Я служил в механизированном батальоне взводным в роте техобеспечения. При взводе находились КрАЗы, МАЗы, а также самосвалы и бортовые грузовики марки «Магирус–Дойц» с дизельным двигателем воздушного охлаждения. Техника, как сами понимаете, серьезная.
В подчинении у меня было 24 солдата, причем самый что ни есть «интернационал»: русские, аварцы, немцы, латыши, литовцы, чеченцы, украинцы (но из Запорожья не было). Не буду кривить душой и говорить, что это была одна дружная семья, но коллективом можно назвать без натяжки.
Парни возили воду, хлеб, грунт для будущей насыпи и т.д. Жили в деревянной казарме на 150 человек несколько взводов. Зимы в тех краях суровые, поэтому зимой в казарме было максимум +10°С. Даже минусовая температура была. Спали в одежде, укрывались шинелями…
– А каково же было тогда на улице?
– Ну, зима начиналась в октябре. К ноябрю был снег, морозы до 20°С. С декабря до февраля чуть ли не ежедневно до 40–45°С. А вот лето было очень жарким – до 40°С, причем днем жара, а ночью прохладно. Удивительно, но комаров вообще не было!

ОФИЦЕРЫ ПИТАЛИСЬ ВМЕСТЕ С СОЛДАТАМИ

Запорожцы вспоминают: «БАМ сделал нас мужчинами в лучшем понимании этого слова»

1979 год. «Столица» Молдавии на БАМе – поселок Алонка, в котором находились 1600 военных и 500 гражданских

– Понятное дело, работать в таких условиях тяжело. Питание хоть помогало восстановить силы?
– Наш заместитель командира бригады по тылу майор Жаворонков очень за этим следил. В меню постоянно были мясо и рыба. На праздники обязательно была рыба – соленая горбуша. А еще солдатам завозили яблоки, варили компоты из сухофруктов.
Офицеры, кстати, питались из солдатской кухни. Для нас отдельно не готовили никаких разносолов.
– Но ведь не только работой и хлебом единым наполнен был день солдата. Как насчет досуга?
– У нас была сильная комсомольская организация. Я два года был заместителем комсорга батальона. Организовывали спортивные соревнования, конкурсы вроде КВНа.
По субботам для солдат в клубе показывали фильмы, устраивали концерты художественной самодеятельности. Знаменитости к нам, увы, не заглядывали.
Была и библиотека, так там даже очередь была, чтобы прочитать книги Александра Дюма из его собрания сочинений. Я тоже в ней был, чтобы прочитать первый том. Потом ждал, когда смогу прочитать второй…
Офицеры ходили к гражданским на танцы в Алонку. Такой вот у нас был досуг.
– Задам и провокационный вопрос об алкоголе…

Запорожцы вспоминают: «БАМ сделал нас мужчинами в лучшем понимании этого слова»

1980 год. Старший лейтенант Любченко со своим сослуживцем – москвичом Алексеем Киселевым на фоне катерпиллера фирмы «Фиат», который толкает перед собой свыше 25 кубов земляных пород

– В поселке в магазине алкоголя чаще не было, чем был. Если появлялся, то очень редко и по «блату». Так что приходилось довольствоваться тем, что иногда присылали из дому в посылках.
Теперь уже можно открыть и секрет. В части спирт выдавался для протирания запчастей в «Магирусах». Нам удавалось «сэкономить» его для офицерских дней рождения и на праздники.
Солдаты, в свою очередь, пытались делать в огнетушителях бражку. Но мы за этим делом следили и все попытки сразу же пресекали.

РАЗДЕЛСЯ ДОГОЛА — И В ВОДУ

– Александр Витальевич, вероятно, во время службы случались и ситуации, которые иначе как экстремальными не назовешь?

– Всякое бывало, но, к счастью, без жертв и серьезных травм. В одной из таких переделок побывал и я.
Наши водители работали в 100 км от Алонки в поселках Воспорухан и Этеркан, а вечером возвращались в Алонку. Зимой в 50–градусный мороз в часть сообщили, что у нашего ЗИЛа–130 «застучал» двигатель. ЗИЛ находится на «зимнике», т.е. дороге, проложенной зимой вдоль основной дороги. Автомобиль провалился капотом в пока еще(!) не замерзшую воду, но буквально через несколько часов машина окажется в ледяном панцире.
Я взял бензовоз Урал–375 и вместе с водителем выехал на место ЧП, это от части километрах в 30. А было около 11 ночи. При подъезде увидел, что автомобиль по кабину находится в воде. На крыше сидит водитель сержант Тагиров, чеченец по национальности, и… курит. Ночь была звездная, а лес аж трещал от мороза. Сержант замерз, как цуцик, аж зубы стучат от холода. Машину надо было вытаскивать и тащить на ремонт в батальон.

Запорожцы вспоминают: «БАМ сделал нас мужчинами в лучшем понимании этого слова»

Ноябрь 1978 года. Александр Любченко возле своего вагончика заготавливает дровишки из березы. Конечно, мог бы поручить солдатам, но и самому такая работенка в удовольствие

Я подумал–подумал и, как говорят, принял единственно правильное решение: разделся догола, влез в воду, зацепил фаркоп и дал команду бензовозу оттягивать машину. Автомобиль из водяного плена вытащили. Я оделся буквально молниеносно. Машину доставили в часть и уже на следующий день приступили к ремонту.
Меня же Бог миловал, даже воспаление не заработал. Грешным делом думал, что и отцом больше не смогу стать. Однако уже после возвращения домой родился сын Дима.
– Да, в таких вот ситуациях человек испытывается на прочность…
– А хотите, я расскажу вам еще одну историю, правда, произошедшую уже не со мной, а с моим земляком Александром Мистюком из Полог?! Я, когда ехал на службу в Чегдомын, в поезде познакомился с двумя офицерами. Разговорились – оказалось, земляки: Александр Мистюк – из Полог, а Василий Шаповал – из Мелитополя.
Я с ними дружил на БАМе, да и сейчас поддерживаю отношения. Так вот, Мистюк был старшим лейтенантом и служил в Воспорухане, а Шаповал, если не изменяет память, в Чегдомыне. Я месяца два–три не видел Александра, а когда встретил, то, увидев его, буквально онемел.
Мистюк сказал, что не только я так реагирую на его внешний вид. И рассказал свою историю. Зимой он с солдатами на машине возвращался в часть, но автомобиль поломался.
Старлей оставил солдат у машины и приказал, чтобы они пилили ветки и согревались. Сам же пошел за подмогой. Ночью часа четыре шел по самой реке Бурее. На ней было снега по колено. Было страшно за свою жизнь, а еще страшнее за пацанов, которые могли замерзнуть.
Когда же пришел в часть, обратил внимание, что все как–то странно смотрят на него. Ему поднесли зеркало, глянул – а черные волосы стали седыми. Однако жизнь подчиненных Александр Мистюк спас.

В ЗАПОРОЖЬЕ ЗАНИМАЛСЯ ДОРОГАМИ

Запорожцы вспоминают: «БАМ сделал нас мужчинами в лучшем понимании этого слова»

1980 год. Район поселка Воспорухан. КрАЗ механизированной роты упал с бревенчатого моста в воду. Для водителя все закончилось благополучно – успел выскочить. Однако технику доставать все равно нужно. Да, случалось и такое

Знаете, те два года на БАМе помогли мне утвердиться в своей профессии.
– Александр Витальевич, и как именно?
– Я ведь говорил вначале, что закончил автомобильно–дорожный институт. На БАМе в железнодорожных войсках занимался работой, можно сказать, по специальности. Горжусь тем, что ЦК ВЛКСМ наградил золотым и серебряным значками «Молодой гвардеец XI пятилетки», а Президиум Верховного Совета РСФСР в 1980 году – медалью «За строительство Байкало–Амурской магистрали». Выходит, служил–трудился неплохо.
В 1980 году демобилизовался, и вся дальнейшая жизнь связана с дорогами. С 1997 года по 2012–й работа была связана с ремонтом, содержанием и эксплуатацией автодорог области. В 2004 году награжден знаком «Почесний дорожник», а в 2009 году Президент Ющенко лично вручил мне знак «Заслужений будівельник України». Высокая оценка моего труда придает сил и уверенности в том, что он был и остается востребованным.
– В заключение разговора, конечно же, спрошу о том, что значит для вас БАМ по прошествии свыше трех десятков лет?
– Это была серьезная школа жизни, закалившая характер и волю. БАМ сделал меня и многих молодых людей мужчинами в лучшем понимании этого слова.

Запорожцы вспоминают: «БАМ сделал нас мужчинами в лучшем понимании этого слова»

Лето 1980 года. Офицер Любченко с солдатами своего взвода на привале в районе Этеркана