iz.com.ua

Запорожье, Культура
Дмитрий Орлов на "Бригантине" в Запорожье: Обо мне запустили слухи, что я проблемный артист
Поделиться

Во время XVI международного кинофестиваля «Бригантина» самым пристальным объектом внимания прессы был известный российский актер и режиссер Дмитрий Орлов. В то время как его дочь Татьяна работала в жюри детского кинофестиваля «Золотая бригантинка» и добросовестно смотрела кино, звездный папа каждый день давал по нескольку интервью. Поэтому пообщаться с ним удалось без труда. 

Дмитрий Орлов на – Дмитрий Анатольевич, это правда, что вы впервые снялись в кино в десятилетнем возрасте?

– Да, это правда. Я снялся в дипломной работе студента ВГИКа, не помню, как его зовут, он был из Афганистана. Фильм назывался «Стена». Это такая антивоенная короткометражка, я там ходил, что–то писал на стенах: «Мир», «Peace» и так далее. 

– Именно поэтому вы решили стать профессиональным актером?

– Нет, я вообще ничего не решал в этом смысле. Меня мама и папа отвели в театральную студию в 4–м классе, потом я перешел в театральную школу. То есть у меня не было момента, когда я сидел и вдруг сказал: «Я хочу быть артистом».

– Но все–таки театральная студия и школа вам помогли во ВГИК поступить?

– Да, конечно, помогли, только не во ВГИК, а в школу–студию МХАТ. Я поступил сначала туда, год отучился у Льва Константиновича Дурова и потом перевелся во ВГИК к Михаилу Андреевичу Глузскому.

– А почему вы так поступили?

– Лев Константинович – прекрасный артист и замечательный человек, но, понимаете, я пошел за ремеслом, а не за чувством или отношением. К тому моменту мне был 21 год, я был такой уже «пожилой» студент, сформировавшийся как человек, и мне нужна была профессия. Поэтому я и принял решение пойти к Михаилу Андреевичу, потому что он в этом смысле давал больше.

Дмитрий Орлов на – Первой вашей ролью в кино, уже профессиональной, был эпизод в фильме «Брат–2»?

– Да, это была замечательная история. Я после института не пошел в театр служить, а кинематограф наш тогда был слабо развит, картин было мало. Был обозначенный круг артистов на тот момент: Машков, Миронов, Меньшиков – это люди, которые снимались. И была огромная армия артистов, которые ходили на какие–то кастинги, снимались в какой–то рекламе.

В какой–то момент я понял, что моим лицом нельзя рекламировать детское питание или сухарики, я для этого не подхожу. И вот однажды сидел, всю ночь курил без остановки и принял тяжелое для себя решение покинуть эту профессию. А еще решил бросить курить, чтобы себя не мучить.

И тут утром звонит ассистент с «Мосфильма», неприятный такой человек, и говорит: «Орлов, тут какой–то чудик приехал из Питера, нужны бандитские рожи. Ты придешь?» А у меня была такая ярость в сердце. Говорю: «Я приду».

Я не знал, зачем я шел. Может быть, как–то выплеснуть это, ударить кого–то, что–то сломать, как–то так попрощаться со своим актерством. Зашел. Сидит человек с грязными волосами, в очках и, не глядя на меня, не здороваясь, не предлагая присесть, начинает фотографировать. И не смотрит на меня – смотрит в монитор фотоаппарата.

И так же, не поднимая глаз, с такой, знаете, свойственной ему иронией, спрашивает: «Сниматься у меня в кино будешь?»

Все то, что во мне накопилось, поместилось в простой вопрос: «А слова дашь?»

Видимо, я это произнес таким тоном, что этот человек поднял глаза и увидел меня. И существует легенда, что великий русский режиссер, царство ему небесное, Алексей Балабанов написал этот эпизод и создал этого героя после этой нашей с ним встречи.

Я получил крошечный эпизод из трех реплик, но готовился к нему, как к большой роли, сделал все, что должен сделать артист, чтобы создать образ. И я этот образ там создал. С этого и началась моя дорога в кино.  

– А знаменитым вас сделал фильм «Первый после бога».

– Несмотря на то что прошло уже много лет, люди, когда встречают и узнают меня на улице, вспоминают прежде всего фильм «Сестры». Сейчас такое время, когда артист не просыпается знаменитым в один день. То есть все, что сделало нас такими, мне, да и большинству, достается такими как бы крупинками золота. Когда ты промываешь тонны жизненного песка и получаешь эти крупинки, и так это медленно накапливается, что сказать, что что–то в какой–то момент меня кем–то сделало, очень сложно.

– Трюки на съемках вы всегда делаете сами?

– Нет, не всегда. Однажды, на заре моего творчества, я просил исполнить трюк, мне хотелось. А продюсер сказал: «Дима, вот ты сейчас упадешь, слегка поцарапаешь лицо, и картина остановится. Поэтому не надо».

Но есть, например, такие проекты, как «Морской патруль», где было очень сложно работать с дублерами по ряду технических обстоятельств: то, что это на воде, все время все движется – и камера, и предметы, и лодки, и мы. Там дублеру сложно скрыть свое лицо при исполнении трюка, поэтому мы, не только я, а большинство артистов, самостоятельно исполняли трюки.

А сейчас стараюсь лишний раз уже не рисковать, потому что есть и травмы, причем серьезные, полученные на съемках. Вот прошлым летом подо мной упала лошадь прямо в кадре, и я расстался с двумя менисками и связкой в правом колене. Долго сейчас все заживает, поэтому я охладел к исполнению трюков.  

– А почему вы решили взяться за режиссуру?

– Вы знаете, тоже отчасти случайно. Я играл главную роль в одном проекте, и там были абсолютно беспомощные режиссеры – молодые ребята, талантливые, но не способные держать площадку. Не хочу сейчас называть фамилии. И в какой–то момент я взял инициативу в свои руки и как начал руководить процессом!

На это обратил внимание продюсер, который после этого проекта сказал: «А ты не хочешь сам снять как режиссер? Вот, есть кино «Чартер».

Я прочитал сценарий, там такой сложнейший вызов: это малобюджетное кино, да еще две трети действия происходит в самолете Ту–154. Нет ни флэшбеков, ни параллельного действия, просто люди живут в этом самолете. Меня это заинтересовало, я подумал, как бы я с этим мог справиться, и снял это кино. Вот такой зигзаг судьбы.

– Ну а дальнейшие работы? Вы уже сознательно их выбирали?

– Да, потом тот же самый продюсер предложил мне снять фильм по роману автобиографическому. Картина называлась «Татьяна – дочь генерала», действие происходило в начале 80–х. Это книга о диссидентах, о тяжелейшей судьбе женщины, которой пришлось объявить голодовку, и она чуть было не умерла ради того, чтобы она смогла выехать из страны и соединиться со своим мужем, который вынужден тоже был эмигрировать.

Меня не волновала в этом смысле политика, я просто увидел человеческую драму, столкновение человека с государственной машиной. Меня это увлекло, и мы сняли, мне кажется, замечательное кино. Однако в кулуарах на каналах, где продюсер предлагал это кино, сказали, что у нас в России немножко изменились сейчас взгляды на прошлое. То есть  у нас было жуткое НКВД, ужасное КГБ, а теперь у нас прекрасное ФСБ. Вот из–за такого политического поворота картину и не увидел широкий зритель.

– А почему вы сами в своих фильмах не снимаетесь?

– Очень сложно делать это одновременно, я же не настолько выдающийся режиссер. Я снимал огромное количество материала в день, все время был в цейтноте, поэтому если бы еще сам снимался, то не справился бы со своими режиссерскими задачами. Потому что режиссер – это же не только художник, он еще и менеджер, он руководит процессом.

– Одна из ваших последних работ – фильм «Метро», где вы играете телеоператора. Почему согласились, по сути, на эпизодическую роль?

– Это было очень смешно. Изначально там вообще не было текста. Агент мне присылает этот сценарий, я говорю: «А зачем мне это нужно?»

А у меня был во время кризиса некий конфликт с дочерней компанией Игоря Толстунова «Профит». По сути, я был прав, я получил то, что хотел получить, но про меня запустили какой–то слух, что я проблемный артист – то ли буян, то ли пьющий, то ли еще что–то. С тех пор «Профит» перестал обращать на меня внимание, и мой агент сказал, что было бы хорошо прийти и на другом совершенно уровне исчерпать конфликтную ситуацию.

Я знал, что самого журналиста будет играть Кирилл Плетнев. Поэтому пришел к режиссеру и сказал ему: «Ты понимаешь, что может случиться? Ведь в стакан бутылку не нальешь. Мы с Кириллом начнем действовать, и появится дополнительный объем, который может твою драматургию качнуть. Это первое. А второе, если ты потом это вырежешь, то это будут напрасно потраченное мое время и ваши деньги». И рассказал, каким вижу этого персонажа.

Это типично для нашего времени, когда человек видит что–то, допустим, упавшую старуху, на улице поскользнувшуюся, но вместо того  чтобы бежать и поднимать ее, достает телефон и начинает снимать видео или смешное фото, чтобы выложить его в социальных сетях. Вот этот оператор и есть такой циничный человек, дух времени. Режиссера это заинтересовало, и вот в этой небольшой роли удалось это воплотить.   

– Есть роль, которую вы хотели бы сыграть?

– Мне часто задают этот вопрос. Нет, я живу с пониманием того, что я хочу встреч с талантливыми художниками, режиссерами, операторами, с партнерами, а что мы при этом будем играть, совершенно все равно.

Справка «ИЗ»                                                                      

Орлов Дмитрий Анатольевич. Родился 7 октября 1971 года в Москве. Окончил актерский факультет ВГИКа (1996).

Снялся в фильмах:

— «Брат–2» (2000),

— «Сестры» (2001),

— «Небо. Самолет. Девушка» (2002),

— «Голова классика» (2005),

— «Первый после бога» (2005),

— «Путевой обходчик» (2007),

— «Сделано в СССР» (2011),

— «Метро» (2012).

Поставил фильмы:

— «Чартер» (2006),

— «Золото Кольджата» (2006),

— «Татьяна – дочь генерала» (2007),

— «Московский фейерверк» (2009).

Женскую одежду любого типажа и брендовых марок вы сможете приобрести в нашем онлайн-магазине «Tamara-style», К вашему вниманию представлены: жакеты, туники, платья, блузы, брюки, гольфы, рубашки, сарафаны, юбки все это и много другого вы найдете только у нас.