Индустриалка - новости Запорожья

Главные, Запорожье, Культура
Людмила Брацило: «Марина собиралась домой, билет в Запорожье уже был куплен»
Поделиться

О поэтессе  Марине Брацило вспоминают родные и друзья
Сегодня  ровно сорок дней, как из жизни ушла известная украинская поэтесса Марина Брацило, которая родилась в нашем городе и где живут ее родители.
Марине было всего 36 лет. Вечером 17 июня, по версии следствия, она попыталась закрыть окно, распахнувшееся от сильного сквозняка, потянулась и, не удержавшись, упала с восьмого этажа съемной квартиры, где был очень низкий подоконник. 

Людмила Брацило: «Марина собиралась домой, билет в Запорожье уже был куплен»Сегодня родные, близкие и друзья поэтессы посетят  могилу Марины на Хортицком кладбище, по христианскому обычаю в Свято-Никольском храме будет отслужена панихида.

Накануне грустной даты воспоминаниями о Марине с «Индустриалкой» поделились ее мама, запорожские друзья и знакомые, а также ее близкая подруга последних лет из Киева.

— Не было никакого предчувствия, — вспоминает мама Марины Людмила Федоровна. — Это такая нелепая трагическая случайность! Мы с Мариной разговаривали поздно вечером 17 июня, после ее возвращения с работы. Мы вообще связывались с ней по нескольку раз в день. И в этот день все было так же — и утром, и в обеденный перерыв, и вечером, в пол-десятого, мы разговаривали. Речь шла о ее работе, она трудилась выпускающим редактором в агентстве «Наш формат». 

Марина была в прекрасном настроении. Потом Марина еще поговорила с двоюродной сестрой, даже  анекдот рассказала. А через полчаса Марины не стало…
Марина всегда читала мне стихи, и в этот вечер прочла «Колыбельную», такую трогательную. Поэтому, не то, чтобы какое-то предчувствие возникло, наоборот, я уснула очень спокойной. Мне показалось, что у Марины наступили новые, более счастливые времена, нежели в последний год, после смерти мужа (поэт и переводчик Юрий Нога умер в апреле прошлого года. — С. О.). Интересная работа, много планов.
Марина сотрудничала с запорожцем Сергеем Косаренко, живущим в Киеве, у него музыкальная студия. Марина дала ему последние тексты, он должен был написать музыку.
А на Троицу Марина собиралась домой, билет в Запорожье уже был куплен. Она собиралась встретиться тут с коллегами, возобновить проект «Молодое вино», который они делали с Юрой. Марина была настроена на будущее!

…Утром я ждала от Марины звонка, его не было. Она была очень обязательной и всегда здоровалась с нами утром, мы желали ей хорошего дня.

— В творчестве Марины в последнее время не было ничего трагического?
— Все ее стихи были не оптимистическими и среди последних были разные. В ее творчестве отзывалось не только лично пережитое, но и все жизненные впечатления — все накладывалось. То есть ее лирическая героиня — это не автобиографическое. А то, что у нее трагические нотки проскальзывали — это видели все и так еще с детства было.
Иногда настораживало, пугало, что у нее порой такие грустные стихи и песни. Марина больше писала в минорном тоне, потому что она близко к сердцу принимала все, что происходило вокруг. А в общении это совсем другой человек — оптимистка, ни на что не жаловалась.

— А вы помните первый стих дочери?

— Марина очень рано начала читать и писать. Даже на фотографии в шестимесячном возрасте она держит не игрушку, а маленькую книжку. Уже в 1 год и 8 месяцев она читала стихи Некрасова по двадцать куплетов. У нее была бабушка-няня, русскоязычная, она и научила. А в три года Марина уже хорошо читала. 

В три с половиной года начала писать стихи, у нее был блокнотик,  на котором дочка написала «Песни Марины Брацило». И первое стихотворение Марине мне посвятила на день рождения, о первом подснежнике.
Но, наверное, наше проживание на острове Хортица, частые поездки к бабушкам и дедушкам в гуляйпольские степи вдруг пробудили в ней то, что называют генетической памятью. Откуда-то, как она говорила, к ней стали приходить не по-детски глубокие украинские тексты стихов и песен, что и определило ее дальнейшую творческую судьбу.

«Она была настроена жить»

Юлия Емец-Доброносова, близкая подруга Марины (Киев):

— Марина, с которой мы знакомы тринадцать лет, была для меня подругой сестринского типа, побратимкой, а это случается так редко. Она запомнилась мне очень светлым, жизнерадостным человеком. Если у меня бывали пессимистические настояния, то Марина никогда не теряла оптимизма — это, наверное, меня к ней и притянуло. Последние два года мы общались очень тесно! Могли месяц не видается, но оставались в режиме телефонной связи. 

Меня всегда привлекало в Марине то, что мы с ней могли общаться и на сугубо женские темы, разговаривать о бытовых вещах и одновременно о чем-то глубоком. О поэзии мы, по сути, говорили мало, потому что мы с ней очень разные поэты (я писатель и философ). Говорили, скорее, о том, что является основанием для поэзии — психологическом, философском, о том, из чего вырастали наши такие разные стихи.
Последние полгода настроение у Марины было на диво прекрасное, я радовалась этому и была абсолютно за нее спокойна. После смерти  мужа Юры Марине помогло то, что ей нужно о ком-то заботиться, она очень поддерживала свекровь. 

А еще Марина нашла работу, которая ей действительно нравилась. У нее было море проектов! Последний, о котором она мне рассказала, — площадки для детей, связанные с этническими традициями.
Марина была верующей и в последние несколько месяцев ходила в церковный хор — пела она прекрасно.
А еще последние полгода Марина очень плотно занималась подготовкой книги Юрия. Параллельно готовила и две своих новых книги. «Шовкова держава», насколько знаю, была практически готова. Вторая же книга, по ее словам, была совершенно другой. «То, что я пишу в последнее время, не могу включить в «Шовкову державу», — говорила Марина. — Оно абсолютно другое по тону».

Вспоминаю, как в одном из наших последних разговоров я заметила: «Смотри, сколько у тебя планов! У тебя когда-нибудь такое было? И как ты себя чувствуешь?». На что она ответила: «Я очень сильно поменялась в последнее время. Чувствую, что во мне другой человек родился. Такое ощущение, как будто я какой-то кокон сняла и вышла из него. Есть ощущение дороги вперед. И мне очень хорошо!».
2 июня Марина читала мне свои стихи. И это не были заунывные стихи. Да, периодически она вспоминала о Юре, потому что это действительно была пара. Но она была настроена жить, а не доживать, о чем мне говорила. И в стихах я почувствовала, что Марина какая-то другая. «Да, у меня тоже есть такое ощущение», — призналась она. И опять же в стихотворении был образ дороги, что перед Мариной открывается что-то новое.
Вообще, у меня такое ощущение, что Марина была на взлете. Поэтому случившееся стало для меня просто ударом. В юности я теряла подругу и у меня было чувство, что человек постепенно уходил. А здесь — ощущение присутствия….

 Лилия Клименко, поэт, журналист:

— Не могу и не хочу говорить о Марине в прошедшем времени. Дорогие сердцу люди всегда рядом с нами, где бы они не находились. Марина — удивительно светлый человек, с распахнутой настежь душой. Мы стали друзьями с первой минуты общения. Помню её ещё 14-летней школьницей — красивую, улыбчивую девочку с косичками, которую пригласили на занятие в областное литературное объединение имени Гайдабуры. Накануне, на адрес литобъединения пришло письмо со стихами Марины. Очень мудрые и философские стихи. Многие просто не поверили, что они написаны ученицей 7-го класса.
Всем хотелось посмотреть на ребенка, пишущего взрослые стихи. И когда Марина прочитала свои новые, написанные буквально перед приходом на занятия стихотворения, в аудитории стояла оглушительная тишина. Это был шок, в хорошем смысле этого слова. И тогда Владимир Солодовников (известный поэт и наставник) встал и дрогнувшим от волнения голосом сказал: «Я поздравляю всех нас. На небосклоне украинской литературы, зажглась самая яркая звездочка по имени Марина Брацило». 

Такие талантливые — не от мира сего, как Марина, рождаются раз в столетие. Уверена, что её творчество  будут изучать в школе. Стихи Марины нельзя не любить, ведь они продиктованы ей Небом. Она — дитя, поцелованное Богом… Голубоглазая песнь Хортицы. Лучшая из её песен.

Андрей Лобода, лидер группы «Хорта»:

— Мы дружили с Мариной года с 1996-го, познакомились в студии «Юность» у Владимира Артемьева. Маринка нам помогала переводить наши первые тексты на украинский язык для фестиваля «Червона Рута», с этого момента и начали дружить, плотно общаться. Это был очень хороший светлый человек, она всегда заряжала энергией, безумно талантливый.
Переехав в Киев, Марина периодически приглашала нас к себе, мы выступали у нее на фестивале «Смолоскип». Мне нравились ее песни, ей — мои, поэтому планировали делать большую программу, где исполняли бы наши песни. 

В свое время она подарила мне песню «Хранит тебя Бог и ждут небеса», иногда я ее исполняю. Однажды мы сидели, она спела и я сказал: «Классная вещь!» — «Нравится? Дарю». Мне очень приятно, что эта песня есть.

Владимир Артемьев, руководитель молодежной студии «Юность»:

— Марина Брацило занималась у меня в студии. Запомнилось, что она всегда была положительно заряжена! Марина пришла в 1993 году еще школьницей. И вскоре приняла участие в фестивале «Звездопад» в номинации «авторская песня», она неплохо пела.

Мы с Мариной не только вокалом занимались, но и творчеством, она совершенствовала технику игры на гитаре. Тогда ее творчество только развивалось и было очень интересно!
И потом продолжали общение. Марина встречалась в Киеве с моими бывшими воспитанниками, они собирались делать проект — на ее тексты должны были писать музыку Олег Федосов и Сергей Косаренко.

Ольга Стадниченко, кандидат филологических наук, доцент, заведующая кафедры украиноведения Запорожского национального университета:

— Поява Марини в літературі була справжньою сенсацією не просто запорізького, а й всеукраїнського масштабу.  ЇЇ становлення, як поетеси, відбувалося на наших очах, оскільки тоді вона була студенткою філологічного факультету ЗНУ. Навчалася сумлінно, прагнула більш глибоко опановувати філологічну науку.

У 1996 році Марина стала наймолодшим членом Національної Спілки письменників України, і у літературних колах, на фестивалях молодої поезії, поетичних конкурсах про неї заговорили, як юну поетесу з оригінальним творчим обличчям. 

Визначати етапи її творчого зростання, на мій погляд, не можна, бо, незважаючи на свій юний вік, Марина починала вже як зріла поетеса. І головне, що стало запорукою її творчого успіху і зробило її поезію щирою, доступною і близькою кожному — це глибока закоріненість в українську національну сутність, історію і традицію, культуру і мораль, у все те, що робить людину не «перекотиполем», а дозволяє міцно стояти на рідній землі. Саме відвертий патріотизм є головною рисою Марининої поезії. 

До української, зокрема запорізької жіночої поезії, з Марининою лірикою були привнесені нотки не просто жіночого споглядання життя й очікування жіночого щастя, а чогось свіжого, ніби незайманого і первісного начала, коли жінка, незважаючи на свою слабкість, є сильною, і  викладає це у своїй поезії.

Творчий феномен поезії Марини Брацило найближчим часом стане предметом розгляду літературознавців, хоча на неординарність і оригінальність її творчої манери постійно звертали увагу критики і колеги по перу.

***

Информацию о  Марине Брацило можно посмотреть на ее сайте  www.bratsylo.com.ua. 

Марина Брацило

Як і кожна коштовність

Як і кожна коштовність,
не знаєш своєї ціни.
Як і кожен дарунок,
не знаєш, чи справді ти – радість.
Проявившись у світ
за велінням Мари чи Мани,
Ти довіку не знатимеш,
зрадять тебе чи не зрадять.

Так лиш іскри пульсують
на кінчику пензля Творця.
Так лиш бризками море
цілує опівночі шкіру.
Що ж, ти просто існуєш.
І казка маленька оця
Невідома тобі.
Бо не можна тебе – понад міру.

Я скажу – і почуєш:
перлина лягає до рук –
І лиш руки ті знають
вагу й невагомість перлини.
Ти дарунок? Із вдячністю
ніжно і легко беру.
Ти коштовність? Я – та,
що нарешті оцінить.

Тож – засни собі легко.
Ти вартий найкращого сну.
Стерегтиму до ранку
застиглу між пальцями кличність…
Ти – не знаєш. Лиш я:
я ніколи тобі не мину.
У долонях моїх
засинай – проявляючись в вічність.
                          2013 рік


Комментарии читателей