Индустриальное Запорожье - новости Запорожья

Запорожье
Запорожанка Любовь Попова вспоминает о войне в своей жизни
Поделиться

«Я так и не узнала, кто меня спас, но я вечно благодарна этому человеку» 
Сегодня подполковник в отставке, инвалид первой группы Великой Отечественной войны  Любовь Ильинична Попова (Кропивницкая) принимает поздравления по случаю своего нешуточного юбилея. Прожито много и всякого было на этом пути — хватало и радостей, и невзгод. С читателями «Индустриалки» Любовь Ильинична делится воспоминаниями об одной из самых ярких страниц своей биографии — военной:

Запорожанка Любовь Попова вспоминает о войне в своей жизни— С 10 октября 1941 года по 2 июля 1942-го я служила на кораблях Азово-Черноморского пароходства «Интернационал», «Адлер» и  «Фотиния» в качестве медицинского работника. Они участвовали в керченском десанте, судьба которого оказалась весьма драматичной.

…Повесив «фонари» (висящие ракеты), немецкая артиллерия прямой наводкой расстреливала десант. Ослепительный огонь — и часть судов затонула. Многие десантники тут же погибли.
Мы с медсестрой Катей Деминой в первом рейсе находились на корабле «Интернационал», которому благодаря опыту капитана Винокурова удалось причалить к берегу. Раненых подтягивали к трапу на плащ-палатках, а команда размещала их на корабле. Погрузка закончилась, и «Интернационал» двинулся в сторону Темрюка.

Не хватало медикаментов, перевязочного материала. Часто использовалось нательное белье самих же раненых.
В пути следования к борту нашего корабля пришвартовался катер. Деминой и мне приказано снова следовать в Керчь, и если порт еще в руках наших защитников, спасти оставшихся раненых. 28 июня 1942 года, на рассвете, наш катер вошел в порт Керчь и причалил к пятому молу.

Даже в предрассветной мгле мы увидели страшную картину расправы фашистов над беззащитными ранеными. Матрос Василий Гаврин, который еле держался на ногах от потери крови, сказал, что по раненым прошелся немецкий танк, а кто пытался спастись бегом, того расстреливали в упор из пулемета. Чудом спаслись десять раненых, замаскированных кем-то на полубаке старой баржи. Среди них — и беременная жена капитана второго ранга, бывшая радистка, Клава.

Запорожанка Любовь Попова вспоминает о войне в своей жизниПолзком собрали у погибших документы, командир потом их сдаст в штаб отдельной Приморской армии.
Взяли на борт раненых — и в путь. Наш катер в районе Темрюка сел на мель. Раненых перенесли в лодки и замаскировали в  плавнях. Изучили обстановку. На берегу — колодец с пресной водой, в которой особенно нуждались раненые. Три пожилых немца охраняли склады. Кто-то из наших громко позвал Катю. Один из немцев на губной гармошке стал играть «Катюшу».
Командир катера из автомата ППШ взял ближнего немца на мушку. Демина подбежала к колодцу и вытянула ведро воды. Мы разлили ее в котелки и пробрались среди зарослей камыша, болота, водяных змей к раненым. Два моряка, вытянувшись в лодках, были мертвы. 

Меня их смерть настолько потрясла, что я стала рыдать. Катя спросила: «А ты уверена, что мы отсюда выберемся? Возможно, нас, Любаша, ожидает судьба тех двух медсестер, которых изнасиловали татары, изрезали им накрест грудь, а раненых пропустили через «душегубки». Не лучше и немецкий плен».
Когда мы с Катей возвратились к колодцу, кадушка была наполнена водой, в пакете лежал перевязочный материал, а через несколько минут немец принес ведро с гречневой кашей. Он сказал, что в первую мировую войну попал в плен к русским, которые настолько хорошо к нему относились, что даже делились последним куском хлеба, почему и выжил. Пауль (так назвал себя немец) крикнул, чтобы мы поторопились, так как в порт движется колонна фашистских танков. 

О том, что мы контактировали с врагами, решили контрразведчикам не докладывать. В лучшем случае — штрафное подразделение, чаще — расстрел.
Вскоре команде удалось снять с мели катер, и мы перенесли раненых.
В Новороссийск прибыли 

2 июля 1942 года, когда наши войска оставили Севастополь. Пришвартовались рядом с госпитальным судном «Украина». Раненых отправили машиной в санитарный поезд. Вместе с ними уехала и Катя Демина.
В порту был сосредоточен весь флот Крыма. Воздух бороздили три наших «ястребка». В двенадцать дня в небе появилась армада фашистских самолетов. На бреющем полете были сброшены мешки с живыми людьми. Чтобы вызвать панику и запугать русских, к мешкам были прикреплены сирены воздушной тревоги. В неравном бою были подбиты наши самолеты и расстреляны в воздухе летчики, которые выбросились на парашютах.

Запорожанка Любовь Попова вспоминает о войне в своей жизниЗажигательные бомбы вызвали пожар, а фугасные превращали суда и находящихся там людей в бесформенную массу. Казалось, что горело и море.
Находясь на палубе катера, мы наблюдали, как матрос стрелял из зенитки по пикирующему самолету. Вдруг он опустился на колени и пополз под клотик. Командир с двумя нашивками на рукавах пристрелил его, приказал выбросить за борт, стал за зенитку и попал-таки в стервятника.  

Когда бомба упала по корме «Украины», осколком повредило рулевое управление нашего катера. Судно легло в дрейф на правый борт. Последовала команда: «Всем за борт!»  Из иллюминатора красной змейкой потекла горящая жидкость, которая обожгла кончики пальцев моей левой ноги. В воде Клавдия уцепилась мертвой хваткой мне в волосы, и мы вдвоем стали тонуть…
Очнулась я в санитарном поезде. Возле моей койки стоял чемодан с мокрыми вещами. Наш поезд оказался под обстрелом и бомбежкой: фашисты севернее Туапсе перекрыли железную дорогу. Двое суток и много жизней отдали морские пехотинцы, чтобы спасти санитарный поезд. Вечная им слава!

Госпиталь в Сочи был переполнен и подвергался бомбежке, поэтому нас направили в Адлер. Благодаря хорошим людям, которые меня окружали, пальцы левой ноги зажили, хотя я на всю жизнь лишилась ногтей, и 13 октября 1942 года была призвана Адлерским горвоенкоматом в ряды Советской Армии.

…Я так и не узнала, кто меня спас, кто вытащил из полузатопленного катера мой чемодан и доставил в вагон, но я вечно благодарна этому человеку. Сохранив мне жизнь, он дал возможность помочь после войны родителям, которых фашисты лишили жилья и всего имущества; создать семью; получить высшее образование и сорок три года отдать любимой учительской профессии.
В праздник 60-летия Победы я наблюдала по телевидению, как президент Путин награждал участницу войны, врача Демину.
Меня,  инвалида войны с тяжелым ранением, учительницу с сорокатрехлетним стажем, бывшего заместителя директора школы Президент Украины Кучма наградил орденом 3-й степени «За мужність» и присвоил очередное звание подполковника.

 

Два факта  из биографии Любови Поповой

— Летом 1942 года была награждена медалью «За боевые заслуги» и браунингом КВ (сдала в Запорожье).

— Окончила Киевский педагогический институт. Стаж работы в школе — 43 года. Награждена грамотой Министерства просвещения Украины и другими грамотами. Представлялась  к званию «заслуженный учитель Украины»,  но не хватило полтора года работы в одной школе.


Комментарии читателей