Индустриальное Запорожье - новости Запорожья

Происшествия, Украина
В Харькове "блудная мать" пытается оставить своих детей без жилья
Поделиться

Прокуратура аннулировала незаконную сделку и обратилась в Высший специализированный суд, оспаривая решение о восстановлении в родительских правах матери-«кукушки».

В Харькове

Два года назад «ФАКТЫ» познакомили читателей с сестричками Меркуловыми — Мариной и Викой. В январе 2014 года на своих дочерей подала в суд родная мать. Зоя Меркулова объявилась в жизни детей после десяти лет разлуки. Она оставила сестер, когда младшей было около годика. Все это время мамой для Вики была старшая сестра Марина. Вернувшись домой, женщина в нарушение всех законов продала квартиру, где жили дочери. Прокуратуре удалось аннулировать незаконную сделку, и теперь жилье принадлежит младшей девочке. Но страх не отпускает сестер. И их опасения не беспочвенны…

«Викусю увезли из санатория, не поставив меня в известность. Попросту выкрали»

Эта драматическая история началась почти двадцать лет назад, когда Зоя Меркулова осталась вдовой с восьмилетней Мариной на руках. Спустя время женщина родила еще одну дочку. И решила… сдать новорожденную в дом малютки. Оставить кроху дома мать уговорила старшая дочка, 14-летняя Маринка. Девчушка даже не догадывалась, чем обернется для нее эта просьба. Мать, вернувшись из роддома, сказала: «Ты хотела — ты и расти» — и исчезла из жизни дочерей на долгих десять лет.

Как они тогда выжили, Марина не понимает до сих пор. Чем могли, помогали бабушка с дедушкой, пока были живы. И крестная — родная сестра мамы. После девятого класса Марина пошла в училище, чтобы побыстрее устроиться на работу. Так и выкручивалась: днем она училась и нянчила сестру, а по ночам, оставляя малышку на родственников, торговала в киоске. Девочки не стали попрошайками, не связались с плохими компаниями. Но все это не благодаря, а вопреки — и маме, и социальным службам.

И вот, казалось, можно передохнуть. Вика выросла, пошла в школу, Марина стала взрослой и самостоятельной. Устроилась на работу, научилась зарабатывать. Появилась возможность отдыхать, ездить на море. Когда все вроде бы устроилось, в жизни девочек снова возникла мать.

В Харькове

— Однажды мне позвонили и сказали, что на меня подали в суд, — вспоминает 26-летняя харьковчанка Марина Меркулова. — Я удивилась: кто и за что мог обратиться с иском? Оказалось, наша мама Зоя. Вернулась через десять лет скитаний и захотела продать квартиру, в которой жили мы с сестрой.

Причем сначала Зоя Меркулова подала иск лишь о вселении в собственную квартиру. Она объяснила, что старшая дочь якобы не разрешает ей, матери, пользоваться собственным жильем. Однако довольно скоро требования женщины изменились. «Я решила продать квартиру, — сказала дочерям мать. — С вами, думаю, ничего не случится. Жили же как-то без меня, и теперь проживете».

Женщине удалось провернуть эту сделку. Несмотря на пристальное внимание прессы и прокуратуры, акт купли-продажи был оформлен. С этого момента жизнь девочек превратилась в сплошной кошмар.

«Мы никогда не были нужны своей маме и уже давно научились справляться со всем сами», — говорят Марина и Вика

—То, что мы обратились за помощью к журналистам, привело в ярость харьковских чиновников из службы опеки, — вздыхает Марина. — После того как мы вернулись из Киева, где были на одном ток-шоу и просили помощи, мать… продала квартиру. Ее хозяином стал «черный» риелтор, миллионер, который владеет огромным количеством недвижимости. Но все имущество записывает на родственников. Этот человек позвонил мне и сказал: «Или ты выедешь сама, или тебя вынесут вперед ногами. Ребенка заберут в детский дом, а тебя закопают».

Викуся в тот момент отдыхала в санатории. Как только в службе опеки узнали, что наша квартира продана, сестру сразу же забрали в реабилитационный центр. Ее увезли из санатория, не поставив меня в известность. Попросту выкрали.

— Меня обманули, — вспоминает 12-летняя Вика. — В санатории мы с детьми смотрели телевизор. Тут появилась врач и сообщила, что ко мне пришли. Какая-то тетя сказала: «Марина попросила отвезти тебя домой». Посадили в машину и отвезли в центр «Гармония». Даже не дали перезвонить Марине.

— Целых полтора года мы жили с сестрой в разлуке, — продолжает Марина. — Вика плакала, умоляла забрать ее домой. За это время она поседела… Когда Викусю выкрали, я обратилась за помощью в службу опеки. Мне сказали, что нужно принести справки. Заставляли собирать абсолютно немыслимые документы. Однажды при мне им позвонила начальница БТИ: «Вы что, озверели? Зачем требуете от этой девочки справку, которой просто не может быть? Мы такой ни разу никому не выдали».

«Я поняла, что мама связалась со страшными людьми, которые не остановятся ни перед чем»

— Я не сдавалась, — рассказывает Марина. — В службе по делам детей говорили, что я наркоманка и алкоголичка, поэтому Вику мне не отдадут. Пришлось приносить им анализы на СПИД и сифилис из диспансеров. Из справок было ясно, что я никакая не наркоманка. Еще раньше я обратилась в суд. У меня было три требования: лишить мать родительских прав, назначить меня опекуном и прописать сестру в квартире. Вика десять лет нигде не была прописана — мама не хотела. А я сама не могла этого сделать, потому что мать была собственницей жилья.

Как мы выжили те полтора года в разлуке, я помню смутно. Днем я работала и бегала, собирая справки. По вечерам ездила к сестре. А по ночам плакала от отчаяния. Спасала собака. Вика страдала, я не знала, как ее успокоить, и сказала, что выполню любое ее желание. Сестра сначала попросила забрать ее. Но я в то время не могла этого сделать. И тогда сестричка сказала, что хочет собаку. Мы сели выбирать щенка. Нашли в Интернете нашего Рика. Я пообещала, что привезу его. Позвонила хозяину. Оказалось, что он живет в Херсонской области, за тысячу километров от нас. И я поехала за щенком. Вот так у нас появился самый красивый и умный пес. Но в органах опеки и к нему придрались. Мол, в квартире живет собака бойцовской породы, и ребенку там будет опасно…

Опекунский совет собрал комиссию, которая решила, что я не могу содержать сестру. Получается, когда мне было 14 лет и я сама была ребенком, то могла это делать, а сейчас, в 26 лет, почему-то уже не могу. Но судья Коминтерновского суда, глядя на весь этот ужас, вынесла решение: «Отдать ребенка сестре, мать лишить родительских прав, жилье закрепить за несовершеннолетней». Это было летом прошлого года, 15 июня. В августе я забрала Вику домой. Она была так напугана, что боялась играть во дворе, не подходила к деткам. Сидела дома и рисовала. Психолог потом сказал, что налицо были все признаки психической травмы. Хотя и условия в реабилитационном центре хорошие, и директор добрая, но все же это не дом.

В Харькове

Я так благодарна судье, которая встала на нашу сторону! Благодаря ее решению мы с Викой снова вместе. Но остался страх. Я уже поняла, что мама связалась со страшными людьми, богатыми и жестокими. За все время, пока длятся суды, я видела ее только на одном, первом, заседании в январе 2014 года. Все остальное время ее адвокаты приносили справки о болезнях. Причем адвокаты часто даже не знали, кто она такая. Они приходили, приносили горы документов, что-то решали. И через четыре месяца, пропустив все мыслимые и немыслимые сроки, подали апелляцию. Апелляционный суд вернул маме родительские права на Вику. Служба по делам детей сразу же подала сестру в розыск — с меня же опека решением Апелляционного суда снята в пользу мамы. При этом маму ни служба, ни криминальная милиция найти не могут. Она не живет в городе. Я знаю, что она работает сторожем на базе отдыха у человека, купившего у нее квартиру. У мамы всегда были проблемы с алкоголем. Думаю, на этой волне она и подписала какие-то документы. И теперь с нами борется не она, а человек, у которого много денег…

«До 16 лет девочку никто не имеет права выселить»

Комментируя нашим коллегам-телевизионщикам решение суда о возобновлении родительских прав матери, судья Апелляционного суда Харьковской области Светлана Круглова уточнила: «Материалы дела о лишении родительских прав должны содержать доказательства того, что обвиняемое лицо негативно влияет на ребенка. В данном случае в материалах дела ни одного такого документа не было».

К сожалению, аргументом для суда не стали те обстоятельства, что мать на заседания не являлась, квартиру детей продала, не участвовала в их жизни десять лет. В службе по делам детей продолжают считать, что все это обыкновенный семейный конфликт. Мол, у девочек есть мама, и они должны разобраться между собой.

— Сейчас мы решаем вопрос, как выходить из ситуации в рамках законодательства и наших полномочий, — сообщил журналистам начальник управления службы по делам детей Департамента труда и социальной политики Харькова Александр Малько. — Для начала нужно разыскать маму, она не живет в городе, переехала в область. Обжаловать решение апелляционного суда мы не будем, так как суд первой инстанции принял решение, не затребовав у нас документов.

По-прежнему на стороне Вики и Марины стоят соседи. Именно благодаря им сестрам удалось отстоять квартиру. Когда новый хозяин уже вышибал ногой двери, соседи не испугались и вышли на помощь.

— Я знаю девочек с самого рождения, — говорит харьковчанка Валентина Тернова. — Когда с ними жила мать, там был притон. Сейчас все по-другому. Вика и Марина — это одно целое. Они не могут друг без друга. Когда мать продала их квартиру, новый владелец пришел с какими-то двумя женщинами. Он стоял на площадке и дубасил ногой в дверь девочек. «Сейчас вызову милицию, здесь живут дети, которых бросила мама», — громко сказала я им. После моих слов женщины убежали, а мужчина сказал, что вернется вечером и будет выселять Марину. Вечером мы все собрались у них в квартире. Пригласили участкового, телевидение…

Активно защищает права сестер и харьковская прокуратура.
— Мы занимаемся этим делом уже два года, — уточняет пресс-секретарь прокурора Харьковской области Вита Дубовик. — Мать продала квартиру, утаив факт, что в ней постоянно проживала несовершеннолетняя девочка. Это прямое нарушение сразу нескольких законов. Поэтому мы подали иск о признании договора купли-продажи недействительным. Суд первой инстанции мы выиграли. Затем мама с новым владельцем подали апелляцию. 22 декабря 2015 года мать отказалась от апелляционной жалобы, и дело в суде было закрыто. Сейчас квартира закреплена за несовершеннолетней Викторией (то есть внесена во все реестры, стоит на учете в службе по делам несовершеннолетних и не может быть продана без учета интересов ребенка), и до 16 лет ее никто не имеет права выселить. Ребенок защищен всеми законами. Также на днях мы подали кассацию на решение Апелляционного суда о восстановлении в родительских правах Зои Меркуловой. Мы считаем, что суд проходил с нарушением процедур. Прокуратуру как представителей детей даже не поставили в известность. К тому же были нарушены сроки подачи апелляции. Сейчас мы ждем решения Высшего специализированного суда…

Очень хочется надеяться, что судьи высшей инстанции, приняв во внимание все обстоятельства дела, тоже встанут на сторону детей. И Марина с Викой наконец-то смогут жить вместе, не боясь разлуки и собственной матери.

Источник: Факты


Комментарии читателей