Индустриалка - новости Запорожья

Украина
«Здесь власть «Калашникова»: поездка в незнакомый Донбасс
Поделиться

Так сложились обстоятельства, что 30 мая мне пришлось поехать на свою родину – в город Артемовск Донецкой области. Уже много лет я добиралась в город, где жили мои родители, на автомобиле. Сейчас пришлось ехать на рейсовом автобусе, потому что ни один нормальный человек в нынешних обстоятельствах не рискнет ехать туда, где установилась новая власть, о которой слышишь и читаешь много разного, в большей степени — тревожного. Сразу скажу – моей жизни, как и жизни моих спутников, ничего не угрожало. Но впечатления от всего увиденного и услышанного слабыми никак не назовешь. Я попала в незнакомый Донбасс.

«Кто пойдет на выборы – предатель Донбасса»

Эта поездка была следованием от одного блокпоста к другому.

«Здесь власть «Калашникова»:   поездка в незнакомый Донбасс

Первым, конечно, был бердянский. Это единственное мое собственное фото, сделанное до поездки. Этот блокпост – какой-то свой, не тревожный. Дальше я нигде не рискнула вынуть фотоаппарат и попытаться хотя бы через стекло автобусного окна что-то снять. И вообще всю дорогу я в основном помалкивала. Зато попутчики попались разговорчивые. Из их рассказов, да еще из моих наблюдений из окна автобуса, как из элементов мозаики, сложилась картина сегодняшнего Донбасса. Конечно, не полная, но честная.

«Здесь власть «Калашникова»:   поездка в незнакомый Донбасс

В Урзуфе на соседнее сиденье сел мужчина лет 30-ти с небольшим. Он ехал домой, в Макеевку, после какой-то недельной работы в Урзуфе. Недолго помолчав, он стал рассказывать, что на даче младшего сына Януковича в Урзуфе живут какие-то люди, человек пятьдесят, которых все местные жители считают «Правым сектором».
— Каждый день они выходят с автоматами, садятся в очень дорогие и большие машины, большей частью без номеров, и куда-то едут, — говорил попутчик. – Как на работу. Машины, я думаю, просто забрали в автосалонах. У нас в Макеевке в большом автосалоне забрали все 164 машины, которые там были. Хозяин сам вынес ключи.
— Неужели 164? Что-то многовато, — не удержалась я.
— Да точно, я вам говорю. А не дашь, пожалеешь. Сейчас все автосалоны работают только под заказ.
За точность числа 164 поручиться, конечно, не могу, но три автосалона в Донецке, мимо которых проезжал автобус, были совершенно пустыми, за сплошь стеклянными фасадами — ничего, и на улице во дворах действительно не было ни одного автомобиля.
— Сейчас у этих людей с предпринимателями разговор короткий, поэтому все отстегивают, чтобы все не потерять, — продолжал попутчик. – Они же все вооружены, у них – сила. Сейчас с оружием все, кто к ним приходит. Там и просто безработные, и всякий криминалитет. Есть и идейные, конечно. Вот мой дядька – шахтер, он сейчас в отпуске. Шахтеры у нас, в Макеевке, организовали свой блокпост. Домой дядька приходит без оружия, сдает после дежурства. Шахтеры город и свои дома защищают от мародеров.
— Вы говорите – они. Кто – они? Кто у вас сейчас у власти?
— Донецкая народная республика. А вообще – безвластие. На выборы людям не дали пойти. Чуть не на каждом столбе – плакат: «Кто пойдет на выборы – предатель Донбасса». А с референдумом – просто кино. Моя бабушка два раза голосовала. Так в Россию хотела. Нам все рассказывали: голосуем на референдуме, потом провозглашаем независимость и через неделю входим в состав России. Многие верили. Сейчас те же люди уже ничему и никому не верят. Кому мы нужны? России? Наши 2-километровые ямы им нужны? У нас же уголь добывают на глубине двух километров. А он еще и плохо горит. На металлургические заводы завозят из-за границы уголек. Если бы вы знали, как хочется порядка и спокойствия!

Самый мощный, с двумя танками, блокпост находится за
Волновахой.

Я слушала и посматривала в окно. На въезде в Мариуполь, в отличие от Урзуфа, был более мощный блокпост. По бокам дороги — два БТРа, впрочем, это могли быть и БМП, во всяком случае, это машины на гусеничном ходу. В Мариуполе автобус проезжал мимо сожженного здания мэрии. Осталась обгорелая коробка. Жутковато. Мариупольский же народ в этот день спокойно шел и ехал по своим делам, часто с детьми, общественный транспорт работал, бабушки на остановках продавали свой немудрящий товар. Все, как всегда, если бы не это здание, которое резко диссонировало с солнечным днем и просто кричало о трагедии 9 мая. Попутчик сообщил, что так же удручающе выглядит здание горотдела милиции.
Надо сказать, что и в Донецке, и Константиновке, и в Артемовске, и в Горловке, через которые проходил автобусный маршрут, внешне все выглядело мирно и спокойно. В район донецкого аэропорта автобус не шел, боев в рамках АТО мы не видели. 30 мая никаких боевых операций и не было, вертолеты над городом в тот день не летали. Правда, на обратном пути девушка из пригородного села, расположенного вблизи аэропорта, рассказала, как страшно ночью, когда стреляют.
— Днем тоже страшно. А еще люди боятся, когда в их дворы заходят люди с оружием и берут все, что находят нужным. Не думаю, что все ДНР-овцы такие, но что есть, то есть. А люди живут сегодняшним днем – живы, и на том спасибо. Квртиру моей подруги в Донецке ограбили. Она пошла в милицию, а там говорят, что заявление примут, но кто сегодня будет искать грабителей? Мол, сегодня и убийцы чувствуют себя в безопасности. Вопрос, на кого работает милиция? Кого защищает?

«Здесь власть «Калашникова»:   поездка в незнакомый Донбасс

Самый мощный, с двумя танками, пулеметами в амбразурах из мешков, блокпост находится за Волновахой. Правда, пулеметы я видела практически везде. Следов недавней трагедии, когда вблизи этого блокпоста были расстреляны молодые солдаты, с дороги не видно. Здесь развеваются государственные желто-блакитные флаги, а службу несут бойцы Вооруженных Сил Украины в камуфлированной форме со знаками отличия.
Потом начинается, видимо, нейтральная зона. Кстати, автомобилей на обычно загруженном машинами двухрядном в обоих направлениях шоссе, разделенном газоном, очень мало, почти нет. Мой попутчик сказал, что машины досматривают все и с номерами других регионов часто просто забирают.
И вот первый блокпост Донецкой народной республики на въезде в шахтерскую столицу, о чем извещает огромное полотнище флага ДНР, закрепленное на бастионе из мешков с песком и покрышек. Эти мешки и покрышки – главная примета современных дорог, щедро оборудованных блокпостами обеих сторон. В Донецке развеваются сине-красно-черные флаги ДНР и российские триколоры. Пару раз видела и сине-красно-зеленые флаги. Что обозначает зеленая полоса, не знаю. Может, указывает на присутствие чеченских, то есть, мусульманских боевиков? А может, повесили такой флаг, какой нашли.

«Здесь власть «Калашникова»:   поездка в незнакомый Донбасс

Здесь бойцы одеты, в основном, в черную или камуфлированную, но разную одежду. Мне эта форма, во всяком случае, показалась самодеятельной. На этом блокпосту, как и на волновахском, стоит несколько легковых и грузовых автомобилей, которые досматривают люди с оружием. Здесь и произошла первая проверка документов – в автобус с автоматами вошли двое мужчин, приказали предъявить документы. Посмотрели, проверили и ушли, а автобус поехал дальше.

«Здесь власть «Калашникова»
Кстати, рейсовые автобусы ходят исправно. И я поняла, что именно этот транспорт сегодня предпочитают даже те, кто еще недавно ездил в областной центр исключительно на служебных автомобилях. В Донецке на место макеевского попутчика рядом со мной сел мужчина из Артемовска, по виду – достаточно высокого уровня служащий или предприниматель. После проверки на блокпосту при въезде в Константиновку, заговорил и он.

«Здесь власть «Калашникова»:   поездка в незнакомый Донбасс

Но сначала – о проверке. В автобус вошло двое вооруженных автоматами мужчин в «балаклавах» (черных трикотажных масках), завернутых на манер круглых черных шапочек, и лычками из георгиевской ленточки на погонах: «Оружие, наркотики везете?» – Сидевший передо мной мужчина довольно живенько ответствовал, что нет. Эта живость не понравилась угрюмому мужчине, который крайне агрессивно сказал: «Шутите? Вы не нарывайтесь, а то у нас разговор короткий: сразу — в яму!».
Справедливости ради замечу, что такое упоение властью, данной оружием и, видимо, безнаказанностью, я видела только один раз. Не могу сказать, что все другие «контролеры» были милы и приветливы, но они не были наступательно агрессивны.
Только выехали за Константиновку, как моему новому попутчику позвонила жена и очень эмоционально начала рассказывать, что мэрию опять заняли ДНР-овцы с автоматами. Мужчина кое-как успокоил ее, позвонил какому-то другу. И спросил, откуда я еду. Узнав, что из Бердянска, заговорил.
— Радуйтесь, что у вас спокойно. А здесь… Я не в восторге от прежней и нынешней власти. Посмотрим, как пойдет дело с новым президентом. Но раньше при всех обстоятельствах – у нас, как и везде, и коррупции хватало, и крышевания всяких бандитов — но была хоть какая-то стабильность. А сейчас? Работаем кое-как, по инерции. Страшно за детей, за завтрашний день. Власти нет никакой. Здесь власть «Калашникова». Знаете такого? Это автомат. У кого оружие, тот и власть. Тут у нас кричат, что ДНР скоро полностью самостоятельной будет. Уже хоть в Россию перестали собираться, поняли, что мы России сто лет не нужны. Самостоятельные… В прошлом месяце Донецкая область дала в государственный бюджет 20 миллионов гривен, о получила на все выплаты 25. А они самостоятельные… Вот если бы произошло объединение с Днепропетровской и Запорожской областями, еще можно было бы о чем-то говорить.
Вы посмотрите, кто с оружием! Кого там только нет! И одни лозунги: мы сами, мы отделяемся от бендеровцев! Как сами выживать будут, никто не думает. Посмотрите, что в Славянске делается! А все потому, что вожди наши пообещали компании «Шелл», что те будут добывать там сланцевый газ. Говорят и денежки хорошие уже получили. Вы представляете, что это экологическая погибель? У людей работы нет, а они еще и экологией задавить их хотят. А в Краматорске, Луганске что делается? Сколько народу там уже полегло… Их в лесу неглубоко закапывают, и по Северскому Донцу трупы плывут. Что происходит с нами? Как дошли мы до этого?

«Здесь власть «Калашникова»:   поездка в незнакомый Донбасс

«Вы там думаете, что тут у каждой бабушки автомат»

Еще несколько мазков к пестрой безрадостной картине добавил артемовский таксист. Он видел, что я вышла из бердянского автобуса, и начал свою речь, едва тронувшись с места.
— Вы там, в Бердянске, думаете, что тут у нас беспорядок. Не беспокойтесь. Мы не так, как вы – мы смотрим российские каналы и знаем всю правду. А вы думаете, что тут у каждой бабушки автомат. Автоматы у кого надо. Сейчас предприниматели, которые раньше налоги не платили, платят Донецкой народной республике, как миленькие. И правильно. Мы наведем порядок у себя, не сомневайтесь. У нас тут «Правый сектор» не пройдет, как у вас там.
И еще три штриха. Мои знакомые в Артемовске сказали так: «Не понимаем, что происходит. Сегодня опять ДНР-овцы горисполком захватили. Какая-то их группа, говорят, не согласна с действиями другой части. Сегодня же автоматчики окружили здание прокуратуры. Нам всем, кто оказался на той улице, приказали быстро ее покинуть. И мы уже не удивляемся. За детей боимся, за завтрашний день».
Горловка на обратном пути. Впечатляет горотдел милиции, полностью забаррикадированный мешками с песком, и охраняющие ГОВД милиционеры.
Снова блокпост с желто-блакитными знаменами, теперь уже – перед Волновахой. В автобус поднимается военнослужащий, одетый по всей форме.
— Граница Украины. У вас все в порядке? Или есть проблемы?
И все это в моем родном Донбассе. Что происходит с нами и страной? Кто ответит за то, что с ней сделали? С ней и с нами…


Комментарии читателей